Тайны мадам Дюбуа

Провокация. У вас нет доказательств, господин обер-лейтенант!

– Действительно нет, – признал тот. – Но они будут, едва вернемся в Берлин. Там отыщутся записи Шефера, и, в крайнем случае, можно будет снова допросить чиновника. – Вальц вдруг усмехнулся. – Подручные Шефера утверждают, что в его вещах был портфель с документами, в которых, вероятно, имелось кое-что любопытное. Однако портфель пропал вместе с хозяином. И с ними же пропал именной револьвер Шефера. Вероятно, покоятся теперь на дне Балтики.

Я насторожилась.

– Вас арестуют, Лили, – невесело продолжал Вальц. – Как минимум за подкуп должностного лица, и как максимум за шпионаж в пользу Франции. Все мы понимаем, для чего и для кого вы приобретали фальшивые документы. Только ваш муж в тени – а вы на виду.

– Что ж, если все так очевидно, то у вас и правда нет другого выхода, кроме как арестовать меня.

Вальц тяжко вздохнул.

– Мне не хочется вас арестовывать. Вы и так много вынесли, чтобы снова вас мучить. И ведь вашего мужа вы все равно не выдадите? Знаю, что не выдадите, можете не отвечать.

Вальц резко отвернулся, заложил руки за спину и снова прошелся, будто в этом был смысл.

А я и впрямь не знала, что сказать. Это было ужасно – то, что мне приходилось лгать в глаза человеку. Хорошему человеку, что бы там ни говорил о Вальце мой муж. Эгоистично пользоваться добрым его ко мне отношением – иначе не скажешь.

В этот миг я как никогда ясно осознала, что это не для меня – такие приключения. Не для меня – лгать каждый день и час, манипулировать другими и кем-то притворяться.

Даже если окажется, что муж мой прав относительно Вальца – лгать мне ему не хотелось."

"– Мне нечего вам сказать, господин Вальц… – ответила, наконец, я. – Я не делала ничего, в чем меня обвиняете вы и господин Шефер.

По крайней мере, в последнем я была искренна как никогда. И все же видела, что Вальц мне не верит.

– У месье Дюбуа нет ни одного качества присущего дипломатам, – насмешливо произнес он.

– Желаете сказать, что мой муж некомпетентен? Так скажите это ему, а не мне…

И тут в дверь снова постучали, оборвав наш диалог на полуслове.

Правда, в этот раз утруждать себя ожиданием не стали: после короткого стука Жан сам отворил дверь.

– Легки на помине, месье Дюбуа! – не обрадовался ему обер-лейтенант.