Свидетель

Перед ней появилась тарелка с тостами, джем, нарезка, овощной салат, каша на молоке и тот самый сок. Желудок снова возвестил о том, что вчерашний прием пищи был не особо сытным.

— Ешь.

Дарен с шумом отодвинул стул и сел напротив.

Лишь тогда Тая посмотрела на мужчину.

Всевышний, почему он производит на неё столь шокирующее, непонятное впечатление? Отчего всё внутри сжимается и хочется, наплевав на страх и на последствия, встать, обогнуть стол, подойти к нему и, опустившись на колени, протянуть руку и дотронуться до его губ? Обвести их контур, скользнуть выше — к скулам.

Задержаться на них, любуясь бушующими синими бликами в его штормовых глазах. Ловить трепет ресниц и не думать о прошлом.

Хочется прижаться к Дарену, спрятаться у него на груди. Попросить обнять себя.

Тая поспешно отвела взгляд, чтобы он ненароком не увидел в её глазах отражение глупых чувств.

— Спасибо, что пригласил за стол.

— А ты думала, что я тебя кормить не буду?

Дарен говорил резко, зло.

Значит, не в настроении.

Что ж…

Будет подстраиваться под него.

— Я не делала ещё никаких выводов, — осторожно ответила она, притягивая к себе кашу.

Кашу она любила. Незамысловатая сытная еда. Идеальная пища для утреннего приема.

— Тогда просто ешь.

И снова его яростная злость прошлась по нервам Таи."

"Хорошо бы не подавиться. Но Тая была голодна, поэтому, проглотив досадливую обиду, принялась за еду. Она больше не смотрела на мужчину. Сейчас главное — покушать.

Всё, что приготовил Дарен, оказалось не просто сытным и пригодным для приема, но и очень вкусным.

Каша не переварена, достаточно посолена, тостеры прожарены до хрустящей корочки, масло с джемом на них ложилось идеально. В голову Таи закралась мысль, что он использовал не синтетические, а натуральные продукты.

Завтракали они молча.

Тая как раз допивала морковный сок, когда услышала:

— И как жить будем, Тая?

Вопрос не просто удивил её.

Шокировал.

Он прозвучал одновременно буднично и очень интимно.

Ей снова пришлось посмотреть на Дарена, и она мысленно поблагодарила его за то, что, видимо, он вернул себе контроль.

Его синие глаза больше не напоминали грозовое небо. Напротив. Они теперь ассоциировались у Таи с непогодой, что бушевала за стенами этого теплого дома.

— Жить?

А что она могла ещё сказать?

Тая помнила, что Дарен не любил, когда его вопросы оставались без ответа. Несколько раз она сталкивалась с подобным в прошлой жизни. Ей запомнился один случай, когда они прогуливались по парку.