Свидетель

Так и оказалось.

Аэрд обернулся в завершающий момент обращения Дарена. Увидев твердо стоящего на ногах противника, тот зарычал, оскалился и обнажил удлинившиеся клыки.

— Я знал… я всегда знал, что ты, сука, не обычный человек… Ну, и я теперь тоже! Знаешь, сколько интересного дает общение с жителями Ферка?!

Когда Дарен первый раз обернулся, к нему пришёл испуг. Инстинкты зверя возобладали, и он несколько часов носился по сугробам, едва не получив обморожение. Прошёл не один месяц, прежде чем Дарен научился контролировать свою вторую ипостась.

Он даже позвонил отцу, и тот подтвердил его предположения:

— Я такой же, сын.

— Но как…почему…

— К сожалению, вторая ипостась в истинных зачастую пробуждается только во время наисильнейших потрясений. У меня она пробудилась, когда я потерял твою мать, Кистан Дарен Мозарри.

Дарен был ему благодарен за признание.

— Когда домой?

— Ещё не знаю, отец. Мне нужно время.

— Я жду тебя. Всегда.

— Я знаю.

И это было абсолютной правдой. Кто, как не родитель, днем и ночью, при любых обстоятельствах готов ждать своих детей?

Про жителей Ферке Дарен знал многое.

Мало того, они вели долгие и изнурительные исследовательские войны с расой данной планеты со всеми вытекающими последствиями. Он не раз общался с феркийцами, лживыми и изворотливыми тварями с непомерными амбициями. И отчего-то совсем не удивился, увидев красные глаза Аэрда.

Значит, ублюдок поддался на провокацию и согласился на эксперименты феркийцев, позволив тем использовать своё тело, как биологический материал.

Ну-ну. Интересно, они его предупредили о последствиях?

Дарен в образе зверя оскалился. Сейчас он даже был рад тому, что не может ответить сопернику? Зачем того лишать иллюзии?

— Очень многое. Моё тело стало сильнее, я могу двигаться очень быстро, а главное — я готов к ударам твоих когтей и клыков. Ты же уже думаешь, как порвешь меня, да, чудовище? — Аэрд глумливо усмехнулся и отошёл от Таисии, находящейся в беспамятстве.

Вот и славно — не запачкают её кровью.

Дарен издал рычащий звук, имитируя угрозу.

— Можешь рычать сколько угодно, зверь, я тебя не боюсь. И я пришёл, чтобы забрать то, что мне принадлежит по праву! — алые глаза полыхали ненавистью. — Таисия — моя! Ты меня слышишь?! Моя! И я никому её не отдам! Я пошёл на преступление, на убийство, на предательство ради неё! И ты думаешь, что я отступлюсь?

Клыки Аэрда ещё удлинились, Дарен краем глаза отметил, что и руки его деформировались, пальцы обросли крючковатыми когтями.