Связанные честью

— Я больше не стану тебя бить, Маттео, — выдавила я, хотя слова в моем рту были на вкус как грязь. — Я не должна была этого делать.

Оба мужчины удивленно обернулись ко мне. Маттео расслабился. Лука нет.

— Мне жаль, если я сделал тебе больно или напугал тебя, — сказал Маттео. Я не могла сказать, действительно это так или нет. На его лице была безэмоциональная маска, точно такая же, как у его брата.

— Ты этого не сделал.

Лука ухмыльнулся, затем подошел ко мне и властно притянул к себе. Наши глаза встретились, и, как будто он вспомнил наши прежние слова, его ухмылка исчезла, а губы сжались.

Я отвернулась, не в силах больше вынести выражение его лица, и посмотрела на Маттео.

— Не женись на Джианне, — я попробовала еще раз, и хватка Луки на моей талии усилилась в предупреждении. Я проигнорировала его. — Она не хочет выходить замуж за тебя.

— Ты тоже не хотела выходить за Луку, и вот, пожалуйста, — сказал Маттео со своей ухмылкой акулы.

— Джианна не похожа на меня. Она вряд ли смирится с договорным браком.

Лука убрал руку с моей талии.

— Она станет моей женой, когда ей исполнится восемнадцать. Никакая сила в этой вселенной не помешает мне сделать ее своей.

— Вы мне отвратительны. Вы все, — сказала я. С этим я отступила в лифт. Лука не пошел за мной. Он даже не наблюдал за мной, чтобы посмотреть, возвращаюсь ли я в нашу квартиру. Он знал, что я никуда не денусь. Даже если бы я все еще хотела сбежать, я не могла.

ГЛАВА 16

Я крутилась и ворочалась, не в силах заснуть. Я не привыкла быть одна в постели. Даже при том, что за прошедшие три дня после нашей битвы мы с Лукой почти не разговаривали и не занимались сексом, мы всегда оказывались в конце ночи в объятиях друг друга. Конечно, в тот момент, когда мы просыпались, отодвигались в разные стороны. Мне не хватало близости с Лукой.

Что, если он и не обходится? Что, если он трахнул Грейс снова? Она, предположительно, была в Англии, но кто знал, было ли это правдой? Или, может, он нашел другую женщину для траха. Я посмотрела на часы. Было почти два ночи. Тяжкий груз сдавил мне грудь.