Связанные честью

Я не сводила глаз с кольца на моем пальце. Оно казалось слишком тяжелым, слишком тугим, всего было слишком. Лука отметил меня, как свою собственность.

***

После ужина мужчины перешли в гостиную, чтобы выпить, покурить и обсудить остальные дела. Я вернулась в свою комнату, но не могла заснуть. В конце концов, надела халат поверх пижамы, выскользнула из комнаты и тихонько спустилась вниз. В порыве безумия, я направилась к проходу, который вел к потайной двери за стеной в гостиной. Мой Дед считал необходимым обзавестись тайными ходами из кабинета или гостиной с камином, потому что мужчины, как правило, проводили там свои заседания.

Я обнаружила, что Джианна прижалась к глазку секретной двери. Конечно, она уже была там. Сестра повернулась, широко раскрыв глаза, но расслабилась, когда заметила меня.

— Что там происходит? — спросила я шепотом, беспокоясь, что мужчины в гостиной могут нас услышать.

Джианна отошла в сторону, чтобы я могла заглянуть через глазок.

— Почти все уже ушли. Отец и Кавалларо обсудили все детали с Сальваторе Витиелло. Сейчас там только Лука и его окружение.

Я прищурилась, чтобы посмотреть через отверстие, открывающее мне прекрасный вид на кресла вокруг камина. Лука облокотился на мраморный выступ камина, небрежно скрестив ноги и держа стакан виски в руке. Его брат Маттео с волчьим оскалом на лице развалился в кресле рядом с ним, широко расставив ноги.

— Могло быть хуже, — сказал Маттео, ухмыляясь. Возможно, он не выглядел столь же смертоносным, как Лука, но что-то в его глазах говорило, что от этого ему лишь легче скрывать свою страшную сущность. — Она могла оказаться некрасивой.

— Она - ребенок, — ответил Лука пренебрежительно. Во мне поднялось возмущение, хоть я понимала, что следует радоваться, ведь он не смотрел на меня, как мужчина смотрит на женщину.

— По мне, она не выглядела как ребенок, — сказал Маттео и зацокал языком. Он толкнул пожилого мужчину, Чезаре.