Строптивая жемчужина Долины лотосов

Когда дверь за наемником закрылась, я с усилием подняла голову и осмотрелась. Судя по всему, сейчас я находилась в каких-то катакомбах под землей, об этом говорил запах, характерный для подземелий, и отсутствие окон.

Мокрая одежда неприятно липла к телу, вдобавок воздух в помещении был сырой и холодный, и уже через несколько минут меня начало потряхивать от озноба. Сколько я тут? Как там Алехандро и Дерек? Глава наемников просто бросил своих людей биться с ними и последовал за нами, или — страшно даже думать об этом! — они смогли схватить наших мужчин, поэтому этот архимаг и бросился за нами в погоню лично?

Вопросы, вопросы, и ни одного ответа!

Не знаю, сколько прошло времени, я совсем потерялась в ощущениях, перестала чувствовать свои руки, слабость одолевала все больше.

Видимо, такое состояние и стало причиной того, что я совсем забыла про магофон и почти перестала воспринимать окружающую действительность.

«Точно, магофон!» — забила набатом запоздалая мысль в голове.

Я попыталась вывернуть кисть и дотянуться до гаджета, но руки совсем не слушались, онемели, и как я ни старалась, ничего не выходило.

— Можешь даже не пытаться, — раздался рядом равнодушный голос. — Эти стены блокируют практически любую магию, так что твой артефакт тут пустышка.

Я чуть не застонала от досады. Это же надо было так попасться!

— Где мы? — хрипло спросила я, стараясь узнать хоть что-нибудь.

— Эта информация тебе ничего не даст, но так уж и быть, скажу, все равно отсюда ты выйдешь только когда заказчик так решит.

Мы в одном из родовых замков дау Андо, вот только здесь тебя не найдут, никто не знает, что под замком есть древние катакомбы, а этот камень не только блокирует магию внутри, но и экранирует внешнее воздействие и не дает поисковикам из магов земли обнаружить подземелья.

Дау Андо? И почему я ни капельки не удивлена!

Сейчас на меня напало состояние апатии, я даже не способна оказалась по-настоящему испугаться, что попала в лапы к маньяку-извращенцу, мне было физически так плохо, что было все равно.

Хотелось лишь одного — чтобы все это побыстрее закончилось.

— Ну как тут моя пташка? — раздавшийся неожиданно рядом до отвращения знакомый голос заставил меня передернуться. — Ах, Алексена-Алексена, не захотела ты по-хорошему, значит, будет по-плохому. Зачем сбегала? Все могло быть намного проще. Хотя сейчас, надо признать, я даже рад. Теперь у тебя такое приданое! — мужчина довольно расхохотался.