Строптивая жемчужина Долины лотосов

 — Ее Величество и есть моя тетя…

Все, финиш! Я аж споткнулась на ровном месте, благо меня успели подхватить под руку и не дать упасть коленями и ладонями на дорожку.

— Вы племянник вдовствующей императрицы?! — шокированно переспросила я. — А-а… И вы вот так просто приезжаете в захудалые земли и работаете в них?

— Это и есть моя обязанность. Я еду туда, где требуется моя помощь как обладателя природной магии, по договору между двумя империями чаще всего я работаю на Южном и Восточном материках, иногда бываю и на двух других, но реже.

"— И что, ваша тетушка осталась довольна нашим общением? — осторожно спросила я.

Мало ли, вдруг ее что-то не устроило, хоть буду знать.

— О, она в полном восторге! Вы произвели на нее неизгладимое впечатление, — хохотнул лорд дау Корсо. — И своими личными качествами, и деловой хваткой.

Целитель в сопровождении Мии ушел немного вперед, рассматривая сад и восторженно обсуждая окружающую природу, так что мы сейчас могли говорить более свободно.

— Почему же вы скрыли от меня столько всего? — чуть обиженно спросила я.

— Простите, Ксения, — немного помолчав, ответил Алехандро. — Я виноват, не отрицаю, но… Мне очень хотелось чтобы наши отношения развивались без влияния моего положения в обществе и моего особого ранга в среде магов, были искренними. Просто обычно все леди, зная, что я племянник Ее Величества, обладатель редчайшей и очень востребованной магии в ранге архимагистра и весьма обеспеченный мужчина в силу совокупности этих двух факторов, как бы так сказать… В общем, они стараются всеми силами поймать меня в свои сети, невзирая на то, что на самом деле ко мне чувствуют.

— Понимаю, — я чуть сжала его предплечье, выражая свою поддержку.

— Не подумайте, — спохватился мужчина, — я никогда не считал вас такой же, как те дамы, что охотились за мной, с самой первой секунды было видно, что вы совсем не похожи на подобных леди. Просто у нас не было правдивой информации друг о друге, а мне хотелось, чтобы вы узнали меня ближе просто как мужчину, как человека, а не родовитого аристократа.