Стервятник

Тогда только до него дошло, каким клоуном он предстал. Воровато оглянулся, ожидая взрыва издевательского хохота, но некому было смеяться, кроме продавцов в ларьках, а их за решетками и частоколом бутылок было и не разглядеть.

Родион тихонечко вернулся к машине, как оплеванный. Сел за руль и не сразу нашарил ногой педаль сцепления – щеки форменным образом пылали. Избавитель, мать твою, святой Георгий на лихом коне. Как там, говорил осетин, у них зовется святой Георгий? Ага, Уастырджи. Вот уж точно – отменный из тебя Уастырджи…"

"Вырулил в крайний левый ряд.

Промышляя частным извозом, пусть и эпизодически, набираешься кое-какого опыта. На пассажиров в этом районе особо рассчитывать не приходилось – в цирке сегодня ничего, улица пуста. А видневшийся впереди китайский ресторан «Хуанхэ» – замысловатые плетения разноцветных электрических лампочек на крыше, светящиеся красно-золотые иероглифы – клиентуру частным извозчикам практически не поставлял: народ туда ездил, как правило, богатенький, прибывал на своих машинах, на них же и разъезжался. Ловить нечего, можно проскочить длиннющий участок на скорости, а там и домой, что ли, нет сегодня настроения…

В сгущавшихся сумерках длинный белый плащ он заметил издали. Женщина, выскочившая на проезжую часть, отчаянно махала рукой. «Нет уж, – подумал он неприязненно и не подумав притормозить. – Еще раз нарваться на идиллическую сцену семейной ссоры? Вторично предстать шутом? Увольте…»

Правда, подъехав ближе, он начал думать, что ошибся.

Площадка вокруг ресторана была ярко освещена. У затейливого навеса над парадным входом – рядок иномарок. На автобусной остановке, на стоявшей под открытым небом лавочке без спинки скорчился здоровенный мужик в черном плаще, кроме него и женщины, никого поблизости нет. Пожалуй, все-таки клиенты, у таких и зеленые водятся, так что извольте напялить на рожу профессиональную улыбочку… Но если не по дороге – пусть катятся вместе с зелеными…

Остановился на скорости, под визг тормозов, по инерции машина проскочила мимо лавочки метров на пятнадцать.

Женщина в белом плаще тут же кинулась к нему, словно боялась, что он передумает и нажмет на газ. Отчаянно стучали высокие каблуки, развевались полы длинного, чуть ли не до земли, плаща. Родион сидел, не без удовольствия глядя на нее в зеркальце заднего вида, – пусть побегает хоть раз в жизни, если есть такая необходимость…

Она перешла на быстрый шаг, видимо, убедившись, что машина отъезжать не собирается.