Стервятник

«И ведь сочинят, мышки», – весело думал Родион, пуская дым в сторону Даши. Дашу отношение старичков задевало ужасно, но она держалась изо всех сил.

Родиону довольно скоро надоело изводить их хамскими репликами, и он немного унялся – правда, старательно ходил по пятам и вслух беспокоился, как бы не прилипло к рукам визитеров что-нибудь ценное, а также напоминал иногда старичкам, чтобы смотрели внимательнее, иначе наследники Берии что-нибудь подбросят, а потом нахально внесут в протокол…

После особенно едкой реплики Даша все же не вытерпела – повернулась в его сторону и тем же ровным голосом бросила:

– Вы удивительно печальны для человека, потерявшего всех близких…

Родион пожал плечами, решив, что и в самом деле несколько перегнул.

Но на помощь тут же бросилась добрейшая Татьяна Илларионовна, звенящим от волнения голосом заявив Даше:

– Если вы, милочка, не понимаете, что человек в таком положении будет изо всех сил изображать веселость, чтобы скрыть свои переживания от ворвавшейся в дом бесцеремонной орды – вам бы следовало переменить профессию.

Можете быть уверены, я постараюсь в письме прокурору должным образом отразить и ваши циничные реплики.

«Умри, Денис, лучше не напишешь!» – воскликнул про себя Родион, мысленно поаплодировав старушке. Даша спокойно сказала:

– Постараюсь учесть ваши замечания.

И вообще перестала смотреть в сторону Родиона. Нужно отдать должное ее банде – вели себя, в общем, тактично и деликатно, аккуратно ставили назад на полки пролистанные книги, скрупулезно клали вещи на место, иногда тем же безлично-вежливым тоном спрашивая у Родиона, правильно ли они наводят порядок.

Теперь у него не осталось никаких сомнений, что Меч-Кладенец, обаятельный тиранозавр ушедшей эпохи, нажал на все кнопки, до каких мог дотянуться, быть может, и не в одном только Шантарске – даже сейчас в столице сидели на хороших постах отпрыски его былых друзей и родственники родственников. Сталинские византийцы искусством интриги владели с виртуозностью, превышающей понимание потомков…

В финале он заявил, что протокола подписывать не будет.

Даша без возражений отстала. Старички тоже было решили не оставлять своих автографов на гнусной бумаге, но Родион им заявил: наоборот, им, как честным и беспристрастным свидетелям произвола, надлежит соблюсти законные формальности…

Интересно, на каком основании рыжей удалось выцарапать у прокурора ордер на обыск? Пожалуй, он не возражал бы против долгого допроса – не помешает узнать, что ей известно.