Стервятник

– Было что-нибудь типа: «А где он был в такие-то дни?»

– Ты знаешь, нет, – сказала Соня. – Я, вообще-то, ждала, чем черт не шутит… Но она этой темы и не затрагивала.

– Значит, все прекрасно, – вздохнул он облегченно. – Мы с тобой вне подозрений…

– Касаемо чего? – быстро спросила она.

Родион посмотрел на нее – она потупилась, зачем-то дернула плечиком, – с расстановкой сказал:

– Касаемо всех наших подвигов на ниве экспроприации экспроприаторов, конечно. Все, что мы наворотили, ведению уголовки как раз и подлежит… – и на всякий случай поторопился перевести разговор.

– Ага. Конспирации ради не ему самому, а одной знакомой, которая точно знает, где он есть… Сидит дома.

– Прекрасно, – сказал он сквозь зубы. – Образец при мне – ну кто бы вздумал на похоронах обыскивать убитого горем мужа? Так что поехали…

…Виталик с глубокомысленно-загадочным видом набрал на кончик ложечки рассыпчатую розовую массу, послюнил палец, попробовал крупинку на язык, возведя глаза к потолку.

Родион зорко и недоверчиво наблюдал за ним, сидя на широком поручне дивана. Квартирка была однокомнатная, маленькая, но, в противоположность логову злосчастного Витька, содержавшаяся в идеальной чистоте и порядке. Даже сейчас, восседая за столом в сером спортивном костюме, юный деятель эскорт-бизнеса щеголял безукоризненной, волосок к волоску, прической.

Вел он себя спокойно, без всяких внешних признаков удивления согласившись провести экспертизу, но Родион сторожил каждое его движение, наученный горьким опытом. Паренек это чуял, но виду не показывал, движения остались столь же расслабленными.

Соня беспокойно ерзала в кресле.

– Интересно… – сказал, наконец, Виталик, страдальчески покосился на дымившую, как паровоз, Соню (сам он не курил, сигарет на столе не видно), но смолчал.

Не моргнув глазом, Родион спокойно сказал:

– Мне предлагают купить.

– Ну и?

– Немного сомневаюсь в качестве. Заверяют, что товар якобы первосортный, но я не специалист. Хотелось бы вас послушать. Процент обговорим…

– И много предлагают?"

"– Поллитровую банку, – сказал Родион, осторожности ради занизив количество непонятной субстанции ровно наполовину.