Станешь моей сегодня!

Но мало что получается рассмотреть – слишком темно. Только поблёскивают влажно её огромные глаза.

Боится, может? Мало ли, кто попадался ей до меня..."

"- Не надо бояться, Соня. Мне ничего сверхъестественного не нужно. Поняла меня?

- Да, Марк Матвеевич.

""Да""... Не всё потеряно, значит. Не припомню только, когда успел представиться по отчеству.

- Ты знаешь, кто я?

- Знаю.

И неудивительно. Слишком часто мелькаю в новостях в последнее время.

- Ничто из того, что будет сегодня здесь происходить, не должно выйти за эти стены.

Она растерянно кивает. Но всё же спрашивает:

- Что будет здесь происходить?

Голос, кажется, дрожит. И вся эта странная ситуация начинает заметно напрягать.

Может, ну её? Вызвать такси и отпустить с миром? Не уговаривать же, в самом деле.

- Софья, ты можешь уйти прямо сейчас, если хочешь. Но если решишь остаться, даю слово, что не обижу тебя.

Она молчит, не говоря ни да, ни нет. Чёрт подери всё на свете! Ну сколько можно?!

Хватаю её за талию и прижимаю к себе. Сильно, чтобы поняла – если останется, трахну прямо сейчас.

Но то, что происходит дальше, не укладывается ни в какие рамки и известные мне стереотипы.

Девчонка робко обнимает меня за шею и смотрит пристально своими оленьими глазами. Проводит язычком по губам. И этим срывает стоп-кран.

Набрасываюсь на неё, как неандерталец. Минут пять назад и в мыслях не было целовать. Но с ума схожу от наслаждения, терзая нежные пухлые губы. Не могу остановиться и яростно сжимаю круглую попку, вдавливая её бёдра в свой пах.

- Станешь моей сегодня, – рычу ей в губы, почти полностью теряя контроль.

Надо же, как накрыло. Три недели без секса, и я на грани изнасилования. Которого не случится, если она начнёт слушаться меня, наконец.

Нет, конечно, ничего я ей не сделаю, я ж не маньяк. Но Фельке с его клятым Валентином придётся компенсировать мне моральный ущерб.

- Соня!

Молчит, дурочка. Что это за путана такая?!

Надоели игры. Будь что будет.

Подхватываю её на руки, забрасываю на плечо и несу на второй этаж.

И опять чувствую, что девчонка словно каменеет. Слишком напряжена.

- Не нравлюсь тебе? – спрашиваю зачем-то.

Тороплюсь, перепрыгивая через три ступеньки.

- Нравитесь... – сдавленно отвечает.

Заношу её в спальню и ставлю на постель. В сравнении со мной она – совсем малышка. Тоненькая, хрупкая. Нужно рассчитывать силы, чтобы не раздавить её и не сделать больно ненароком.

Лампы включить, может? Ладно, потом. Лунного света вполне достаточно, чтобы не промахнуться.