Смерть как искусство. Том 1. Маски

Ох, темнит бабушка русского театра, ох, темнит! Интересно, почему?

– А фамилию этого завпоста помните?

– Скирда, Леонид Павлович Скирда.

Уже хорошо. Зарубин его проверит. Значит, с памятью у Евгении Федоровны все в полном порядке, зря она на себя наговаривает. И не завпоста Скирду она покрывает. Тогда кого же?

– А еще какие-нибудь подобные истории были? – спросил Антон.

– Деточка, – нетерпеливо вздохнула Арбенина, – я вам уже сказала: артист убить не может, не такова у него психика, не таков образ мысли.

Н-да, одно за этот день пребывания в театре Настя Каменская усвоила прочно: никакого сора из избы.

Прежде чем звонить услужливому помрежу Федотову, надо связаться с Сережей Зарубиным и дать ему информацию про Леонида Павловича Скирду. Сам-то Скирда вряд ли совершил покушение на Богомолова, слишком прямолинейно, слишком высок риск, ведь его историю помнят в театре, но за ним, вероятнее всего, стоит какая-то организованная сила, и вот она-то как раз вполне могла свести счеты с худруком, обломавшим им всю малину.

– Пойдемте, я покажу вам театр, – предложил Федотов, встретив Настю и Антона в коридоре «женской» стороны. – До начала спектакля полтора часа, все заняты, рабочие монтируют декорации, реквизиторы готовятся, потом начнут подходить актеры, им будет не до вас.

– Вы – наш антрепренер? – усмехнулся Антон. – Или директор?

Настя незаметно ткнула его локтем в бок.