Смерть как искусство. Том 1. Маски

Ну и, конечно же, Семен Борисович сокрушался по поводу несчастья с Богомоловым и выражал глубокое сочувствие и худруку, и его жене."

"Настя решила несколько сменить направление беседы.

– Скажите, Семен Борисович, как вы считаете, что будет с театром, если Богомолов не вернется к работе?

– Мне даже не хочется об этом думать, – тяжело вздохнул Дудник. – Это будет ужасно, если Лев Алексеевич не вернется к нам.

– Почему?

– Потому что у нас с ним были огромные планы, он хотел, чтобы я поставил одну из комедий Рэя Куни, он сейчас очень модный автор, на него публика пойдет, и еще собирался поручить мне постановку Вампилова и Коляды.

– И что вам может помешать подготовить эти спектакли без Богомолова? – спросил Антон. – Ведь не он же собирался ставить, а вы.

– Как вы не понимаете! – в голосе Дудника зазвучала досада. – Под Льва Алексеевича идут хорошие дотации, замминистра культуры – его близкий друг, и Богомолова всячески поддерживают наверху, а если его не будет, то вместо него придет другой худрук, и денег уже могут не дать.

– А что, новый худрук непременно будет прислан сверху? – Настя решила воспользоваться обрывочными знаниями, почерпнутыми из разговоров с Гришей Гриневичем. – Насколько я знаю, это не обязательно. Художественного руководителя может выбрать труппа.

– Может, – неохотно согласился Дудник.

Настя бросила взгляд на Сташиса, глаза у того снова стали стеклянными. «Не слушает, – с усмешкой подумала она. – Наблюдает, наблюдатель-самоучка. Интересно будет узнать, что он высмотрел».

– А может так случиться, что труппа выберет вас? – задала она коварный вопрос.

Он произвел на Семена Борисовича странное впечатление. Режиссер побледнел, потом резко залился краской и с негодованием воскликнул:

– Вы что? Вы меня подозреваете в покушении на Льва Алексеевича? Да вы с ума сошли! Зачем мне быть худруком? Это же огромная ответственность, которая мне абсолютно не нужна.