Законный брак

Когда-то у меня был полноценный сервиз, но большую его часть пришлось сдать в ломбард, и сейчас от былого великолепия остались всего две чайные пары, да и те Ильда доставала только в очень особенных случаях. Например, как сегодня.

– Да, пахнет… незнакомо, – в голосе гостя послышалась доля сомнения. – Но вкусно."

"– Пробуйте, – я старалась быть насколько возможно милой. – Уверена, вам понравится.

Вейс поднес чашку к губам, сделал глоток и одобрительно кивнул.

– Дорогие сорта сразу чувствуются.

Еще бы! Не знаю, что за травки кидает в чайник Ильда, но вкус у них отменный.

– И совсем не похожи на обычные, – добавил Вейс.

Я из-под ресниц посмотрела на домовладельца. Тот выглядел если не счастливым, то хотя бы не таким желчным, как обычно. Он сделал еще один глоток, поднес чашку к длинному крючковатому носу, вдохнул аромат и снова одобрительно кивнул.

– Как поживает ваша супруга, господин Вейс?

Я торопилась увести разговор в русло обычной светской беседы, зная по опыту, что после нее домовладелец будет настроен более благодушно.

– Благодарю. Госпожа Вейс чувствует себя хорошо. Недавно вот на воды ездила. Вы не поверите, госпожа Дерт, вернулась она оттуда помолодевшей лет на десять.

– Ваша жена была в Лоубридже?

– Да. Там сейчас самый сезон, – зачерпнув ложкой из креманки варенье, ответил домовладелец. – Тепло, знаете, и нет этой несносной сырости, от которой вечно ноют суставы. Удивительно, как вашей служанке удается готовить такое вкусное варенье из ревеня? – отвлекся он. – Надо бы нашу Мэри к ней направить, пусть бы поучилась.

– Думаю, Ильда с радостью поделится с Мэри рецептом, – ответила я и тут же услышала, как за дверью что-то грохнуло.

Ну да! Иль не могла не подслушать наш разговор.

– Я пришлю ее к вам, – на лице домовладельца снова появилось то непонятное выражение.

– А как ваши девочки? Мне сказали, они вернулись из пансиона?

– Да, только вчера.

Вейс задумчиво поскреб длинным ногтем плохо выбритый подбородок.

– Госпожа Вейс собирается устроить в честь их возвращения ужин. Накладно, конечно, но что поделаешь? Мы не можем не отпраздновать такое важное событие.