Законный брак

Небольшое, идеально круглое, оно плескалось у моих ног, слепило солнечными бликами, шептало что-то и еле слышно, по-стариковски, вздыхало.

– Кэролайн, – долетал до меня журчащий голос. – Иди ко мне… Не бойся.

Я подалась вперед, вгляделась в ярко-синюю гладь и обомлела от ужаса. Джеймс… Мой муж, крестообразно раскинув руки, лежал на воде, в самом центре озера, а над ним хищно парили полупрозрачные фигуры в белых хламидах. Он и сам словно парил, распятый на невидимом кресте, бездыханный и неподвижный. У меня едва сердце не остановилось, когда я увидела его лицо – бледное, бескровное, невыразимо прекрасное и холодное, как алийский мрамор.

– Джеймс!"

"Я кинулась вперед, но руки тут же охватили невидимые путы, а ноги зажали тяжелые колодки.

– Джеймс!

Я рвалась к мужу, а внутри рвалась на части душа. Она чувствовала, знала, предугадывала будущее, и не могла смириться.

– Сестры и матери! – услышала я громкий, наполненный силой и уверенностью голос, и в тот же миг увидела двенадцать женщин.

Они замерли на противоположном берегу и смотрели на Сафиту, застывшую чуть впереди. Ее белые одежды развевались и казались живыми, длинные распущенные волосы спускались до самых пят, раскинутые руки простирались к небу в жесте призыва, а бестелесные тени, такие же, как над озером, кружили над ними, то снижаясь, то взмывая в небеса.

– Мы собрались здесь, чтобы покарать чужака, посягнувшего на нашу святыню, – четко выговаривая каждое слово, произносила свою речь Сафита.

Господи… Все-таки случилось именно то, чего я боялась. Пока меня не было, Джеймс пошел в собор и попытался найти Посох… Но где же тогда Торнтон и Авиро? Неужели они отпустили Кейна одного?

Сердце дернулось, и я дернулась вместе с ним, пытаясь сбросить невидимые путы, а лица женщин на секунду подернулись рябью.

– Неправда! – глядя Сафите в глаза, громко крикнула я.

– Этот человек не может быть твоим мужем, – отрезала женщина.

Сейчас она совсем не походила на ту, что запомнилась мне по вчерашнему Совету. В ней больше не было ни капли тепла и света. Немезида. Неподкупная и бесстрастная – вот какой она казалась.

– Он мой муж перед Богом и перед людьми.

Я старалась, чтобы голос звучал твердо, в то время как внутри обмирала от ужаса.