Шутка

А насчет развода…

Вдруг ей в голову пришла неожиданная мысль:

— Глебушка, я не хочу ему мешать. Пусть живет с кем хочет. Я просто хочу честно произвести раздел имущества.

— Как это?

— А так. У тебя есть машина, у меня есть ключи от квартиры. Он же поедет к своей Маринке когда-нибудь на дачу. Пора и с родителями знакомиться. А мы тем временем вывезем из квартиры некоторые вещи.

— Погоди. Какие вещи?

— Мои.

— Но это же…

— Что, не имею права? Да его там только носки с рубашками! Я даже мебель не собираюсь у него забирать.

Он задумался."

"— Погоди, Мила, здесь что-то не так.

— Ага! Значит, убить — так?

— Но это же нечестно!

— Убить честно, а взять свое нечестно? Я, выходит, должна его не только простить, а еще и свадебный подарок сделать? Оставить ему все? А не жирно ли будет?

— Ну хорошо, — согласился он. — А если в милицию заявит?

— Ну, уж если до такого дойдет, то я, разумеется, во всем признаюсь. Тут же воскресну и заявлю, что это был просто развод.

— А почему сейчас нельзя?

— Что нельзя?

— Воскреснуть?

— Видишь ли… -Она просто не могла рассказать ему об ограбленных квартирах. — Я видеть его не могу. Ни его, ни папу Сальникова, ни акулу.

— Акулу?

— Это папина молодая жена. Мачеха моя. Не нужны они мне, понимаешь?

— Понимаю. И когда мы будем вещи вывозить?

— Я тебе скажу. И пусть это будет мое приданое.

— Так ты согласна?

— Что?

— Замуж за меня! — гордо расправил плечи Глебушка.

— А это было предложение?

— Ты же знаешь, какой я неловкий! Надо, конечно, как положено, с цветами, с кольцом, но я не умею.

— Что ж с тобой делать, Глебушка! — Мила по-матерински поцеловала его в лоб. — Все у нас не как у людей!

И Мила в который раз подумала, что единственным стоящим делом, которым с ним можно заняться, это поцелуями. И любовью, разумеется. И не будет она больше страдать по Тимке, даже если он такой красавчик и Глебушка совершенно на него не похож. Это было просто увлечение. Потому что женщинам свойственно принимать за прекрасных принцев совершенно не тех мужчин.

…Польза от Глебушки все-таки была, когда они с Милой выносили вещи из Тимкиной квартиры. Ночью, оставив «Газель» за квартал от дома. Мила думала о том, что от своей машины, оказывается, большая выгода. И от сильных мужских рук тоже. И увезти они смогли многое. Чтобы доказать Глебушке, что она берет свое, Мила прихватила и семейный альбом с фотографиями.

— Вот видишь? Это я.

— Вижу.