Шаманка

Со смехом и криками они носились по кухне, и лишь маленькая девочка со светлыми косами и до боли в сердце знакомыми бирюзовыми глазами подошла к ней, вцепившись в подол.

- Ты чего, дочка? – спросила ее Саяра, заправляя за маленькое ушко выбившуюся прядь.

- Можно я с тобой посижу, мамочка? – ответил ребенок.

И вновь все закружилось. Теперь она находилась в большом знакомом зале. Саяра видела его, когда находилась в Звездной Академии. Шаманка сидит рядом с Арголом. На муже форма с тангирскими нашивками, а взгляд прикован к сцене, где бессменный легар Сорг поздравляет лучших выпускников академии.

А среди них девушка, красивая. Саяра знает, что улыбается она ей, а знакомые бирюзовые глаза незнакомки сияют радостью.

Очередная смена декораций. Она сидит на каменной скамье в каком-то очень древнем месте. Вокруг так много людей, все улыбаются и радуются. Лишь Саяра отчего-то грустит, по ее щекам текут слезы, а Аргол прижимает ее к себе и шепчет что-то успокаивающее и приятное. Шаманка и сама знает, что все будет хорошо, но успокоиться не может.

Она смахивает ладошкой набегающую на глаза влагу.

Вдруг все озаряется прекрасным розовым сиянием. Саяра смотрит в центр зала. Там установлена совсем простая, с виду неприметная деревянная арка, но сияние исходит от нее. Словно из ниоткуда с двух сторон от арки появляются странные звери: черный лев с массивными сложенными крыльями и белоснежная коза с золотыми копытами и рогами. Все встают и хлопают в ладоши, а у шаманки отчаянно бьется сердце, напряжен каждый нерв и, кажется, трясутся руки.

Но это пустяки, потому что она видит, кто выходит из арки – знакомая незнакомка с бирюзовыми глазами. Дочка. Доченька. А рядом с ней стоит статный военный. Его длинные, почти платиновые волосы собраны в высокий хвост, а синие глаза сияют, словно сапфиры. Свадьба… Свадьба их дочери.

Молодые подходят к ним, и синеглазый улыбается и хлопает Аргола по плечу, говоря:

- Ну, что? С сегодняшнего дня я стану называть тебя папа, Аргол!

Все вокруг смеются удачной шутке.

И даже Саяра улыбается, а вот муж остается серьезен.

- Обидишь Айту – убью! – цедит он, а бирюзовые глаза мечут молнии. Надо же, Айта – в честь старой лисицы.

- Раньше я сам себя убью, - тихо произносит Декст.

Очнулась Саяра оттого, что ее бережно хлопают по щекам. Открыв глаза, увидела обеспокоенное лицо Аргола.

- Ты как? – тихо спросил он.

- Хорошо, - ответила она и улыбнулась. – Все хорошо.