Шах и мат

У него есть аккаунт в тиктоке, и некоторые видео иногда становятся вирусными. Они много взаимодействуют с шахматным сообществом и устраивают турниры по стрип-шахматам. Я смутно вспоминаю истории о напряженном соперничестве двух клубов. Думаю, этим и объясняется ликование Дефне по поводу моей победы над Сойером, раз он играет за «Маршалл».

– Тут вот какое дело. Некоторые из наших игроков решили использовать свои накачанные шахматами мозги для других занятий, и они отправляются в большой мир, находят себе работу в финансах или другой прибыльной сфере, где не чтят мораль, зарабатывают кучу денег и обожа-а-ают списание налогов.

– Стипендиальную программу? – Она что, хочет, чтобы я взаимодействовала со спонсорами? Может, думает, я бухгалтер?

– В течение года мы будем выплачивать зарплату игроку, у которого есть потенциал стать профи. Тебя будут наставлять и посылать на турниры от нашего имени.

Я чешу нос:

– Не понимаю.

– Мэллори, я бы очень хотела, чтобы ты стала стипендиаткой «Цугцванга».

До меня не сразу доходят ее слова. Но когда доходят, то все еще крутятся в голове по инерции, потому что теперь я не уверена, что правильно расслышала.

Она только что сказала, что будет платить мне, чтобы я играла в шахматы?"

"Это безумие.

Как жаль, что та Мэллори уже выросла.

– Мне жаль, – говорю я Дефне. Она все еще смотрит на меня со счастливым выражением лица. – Я уже сказала, что больше не играю.

Радость на ее лице немного тускнеет.

– Почему?

Она мне нравится. Даже очень нравится, и на мгновение я решаю объяснить ей, как обстоят дела на самом деле.

Кажется, перебор для первой встречи, поэтому изрекаю короткую версию правды:

– Мне неинтересно.

Дефне мгновенно грустнеет.