Серый

Хоть оборудование и было списанное, но проверив его спецификацию и описание, я понял, что это проходящее по утилизации и конверсии военное оборудование. До этого времени оно хранилось как набор запчастей к средним истребителям в законсервированном виде. Так что для меня оно вполне подходило. Тем более и вся партия там была достаточно приличной и крупной, хватит с запасом, перекрыв все наши потребности, и в остатке будет еще, что положить в ЗИП. Как раз этот груз и должен был забрать брат Регаи по дороге сюда, в соседнем с ними секторе.

Оплата и хранение товара были уже произведены мною, и я переслал девушке только список оборудования и место, откуда его следует забрать. А также копию акта приемки, в которой было указано, что этот товар нами уже оплачен. На этом мы с нею и распрощались.

Напоследок она, конечно, пообещала предоставлять отчетность о своей деятельности ежедневно. Мне вообще-то этого не требовалось, но если она будет это делать, то хуже от этого нам и нашей фирме уж точно не станет.

Я даже не заметил, что автоматически выполняю уборку, перетаскиваю оставшийся мусор в утилизатор, помещаю в медицинский комплекс новые трупы, сортирую полученный трансплантационный материал и откладываю в отдельные небольшие кейсы изъятые имплантаты и нейросети. Правда, для нейроустройств чуть позже придется провести проверку их исправности, сделать отвязку от бывших владельцев, дешифровать их, списать те данные, что на них хранятся, и обнулить устройства.

«Так за программатором нужно отправить ребят, – подумал я, – пока я тут потрошу следующую партию трупов, они успеют сбегать за ним. Ну а дальше устройство с помощью кластерного пула сможет производить взлом имплантатов и нейросетей, дальше информация будет переписываться с них, а сами устройства обнуляться.

После этого, оглядевшись, я понял, что сейчас в комплексе лежит последний труп из первой партии, и, захватив гравитележку, ушел к холодильной камере за следующей. Когда я вернулся, все было готово.