С чистого листа

Дядя старался подавать информацию корректно, но и так понятно — Владимир Игнатьев, как профессионал, не был востребован."

"За окном машины мелькали дома, деревья тянули сочно-зеленые кроны к небу, по тротуарам спешили редкие прохожие. Я рассматривала город — он казался и знакомым, и в то же время неведомым. Странное ощущение.

Внезапно Савелий Андреевич вновь заговорил:

— Общался я с Володей редко. Скажем так, мы имели некоторые разногласия в области науки. Наши родители ушли один за другим: сначала твой дедушка, на следующий день — бабушка.

После их смерти встречи с братом прекратились. Это случилось шесть лет назад, — остановившись на светофоре, мужчина обернулся ко мне. Внимательно посмотрев, вновь перевел взгляд в лобовое стекло. — Не скрою, тебя я практически не видел: много работаю. После смерти твоей мамы поддерживанием родственных отношений с тобой и Владимиром занималась Тамара. А три месяца назад он посчитал, что встреч с членами нашей семьи тебе не нужно. До сегодняшнего дня мы не общались.

— Почему он так решил? — быстро спросила.

— Владимир был сложным человеком, — уклонился от ответа дядя. — Вы жили весьма скромно. Я предлагал помощь — брат не принимал. Подозреваю, из наследства тебе остался лишь ваш полуразрушенный дом, — мужчина глянул на меня в зеркало заднего вида и твердо сказал: — В любом случае не тревожься. Как и мои дети, ты не будешь ни в чем нуждаться.

Хм-м... Получается, братья не питали особой симпатии друг к другу. Возможно, и правда нашла коса на камень из-за науки.

Но тетя-то общалась. Из-за чего же так сильно разругались? Явно случилось что-то экстраординарное.

Сделала зарубку на память. Немного помолчав, поинтересовалась:

— Вы сказали «дети». Светлана у вас не одна?

— У нас двое, — подала голос Тамара Валерьевна. — Кроме сестры, у тебя есть брат. Егору пять лет. Хороший мальчуган растет, — с нежностью промолвила женщина.

— Ваши дети, они не открывшиеся? — уточнила, постаравшись, чтобы голос прозвучал спокойно.

— Да, Ярослава, — послышался голос дяди. — Мы с Тамарой, как и наши дети, не владеем силой. И твой отец с мамой также ею не владели.

— А я?

Вопрос повис в звенящей от напряжения тишине. Через бесконечно долгое мгновение Савелий Андреевич проговорил:

— Последние лет сто простолюдины крайне редко проявляются. Это родовитые дворяне кичатся силой, а нам она и не нужна. Ее отсутствие вполне заменяют технологии. Наука не стоит на месте.