С чистого листа

Зайдя внутрь уютной беседки, сестра уселась за деревянный стол. Взяла яблоко из плетеной корзинки, с хрустом откусила.

Поправив полы халата, я устроилась рядом. Вытянула из горки яблок краснобокую грушу, однако есть не стала. Зажав ее меж ладоней, устремила задумчивый взгляд на чудесный сад.

Где-то в ветвях чирикали птицы, солнце ласково пригревало, но в душе не было ни толики радости. Мысли о позабытой жизни, о том, кто я такая не давали покоя. Супруги Игнатьевы, да даже Светлана меня узнавали, но в душе не стихали сомнения.

— Родители убьют, но, думаю, молчать неправильно, — внезапно заявила Света. Повернув к ней голову, я посмотрела вопросительно. — Мама с папой категорически запретили рассказывать тебе о прошлом, но я-то все прекрасно помню. И вижу, насколько сильно ты изменилась.

— В чем именно? — спросила быстро.

— Взгляд, поведение, манера речи, вкусовые предпочтения, — уверенно перечислила сестра. — Прежде ты бесила одним своим видом, а сейчас вызываешь положительные эмоции.

Даже симпатию, — она удивленно хмыкнула. — Если это результат опытов, то, может, оно и к лучшему? — закусив нижнюю губу, девушка отвела глаза.

— Опытов? — подавшись вперед, я напряженно всмотрелась в лицо сестры. — Ты сказала «опытов»?!

Нервно барабаня по столешнице пальцами, Светлана молчала. Затем, видимо, приняв решение, кивнула и начала говорить:

— Моя мама всегда жутко над тобой тряслась. Ярочка то, Ярочка это, у Ярочки нет мамы, о ней надо заботиться, нашу тихую Ярочку надо развлекать, — Света поморщилась.

— Три месяца назад мама привезла тебя к нам. Я уже упоминала, отношения у нас с тобой были натянутыми, — она глянула исподлобья. — Не помню, что я такого сверхъестественного сказала, но ты впервые за все годы вспылила. Покраснела как рак, начала орать о том, что я ничтожество по сравнению с тобой. Отец, дескать, изменяет тебя, и уже скоро опыты закончатся. А потом тебя станет почитать и уважать не абы кто, а целый императорский род Японии. И любимый Дэйчи будет рядом, — шумно выдохнув, девушка вонзила зубы в яблоко и принялась сердито жевать.

Пораженная новостью, я сидела, не в силах вымолвить ни слова. С силой потерев ладонью лоб, глухо спросила:

— А что конкретно он со мной делал?

— Ты не уточнила, — отозвалась Света. — Но явно же что-то сделал, если ты стала такой… Другой, в общем.

— А твои родители когда узнали об этих опытах? — я замерла в ожидании ответа.

— В тот день и узнали.