Роковое путешествие

– Димитриос Илиадиас, молодой грек, с которым ты познакомилась пару месяцев назад и за которого обещала выйти замуж? А потом безжалостно бросила!

У Мелани помутилось в глазах, и она плюхнулась в стоящее рядом кресло.

– Димитриос? – рассеянно переспросила она.

– Да, черт побери, он самый!

– Да не кричите вы… – Голос Мелани слабел. – Не маячьте перед глазами, сядьте.

– Тебе что, плохо?

Она слабо кивнула.

– В кухонном шкафчике находится аптечка, принесите, пожалуйста.

При других обстоятельствах Мелани ни за что на свете не попросила бы самодовольного мужлана об услуге, но в данный момент это был единственный выход.

Она по-прежнему ничего не понимала. Вернее, с каждой минутой все становилось более непонятным и запутанным. Происходящее казалось сплошным абсурдом. Все было очень странным. И разобраться в возникшей ситуации Мелани была не в состоянии, по крайней мере, сейчас.

Александр, бормоча себе под нос проклятья, отправился на кухню. Мелани слышала, как он раздраженно рыщет по ящичкам. Именно рыщет, потому что он сейчас напоминал хищного зверя.

– Вот держи. – Он протянул ей чашку и две таблетки.

Мелани тут же проглотила пилюли и запила чаем, с удовольствием почувствовав, как по телу разливается теплая волна.

Тем временем Александр подошел к окну и крепкими сильными руками раздвинул шторы. В комнату тут же проник солнечный свет. Встав спиной к Мелани, он стал смотреть на просыпающийся Лондон.

Сколько он так простоял, Мелани не знала. Сама она сидела не двигаясь, лишь иногда отпивая из чашки маленький глоток, и лихорадочно пыталась соединить в единую цепочку то, что недавно узнала. Александр Илиадиас не собирался уходить, и это пугало Мелани.

Проблема заключалась в его убежденности, что именно она, Мелани Харт, обещала выйти замуж за его младшего брата, хотя о существовании последнего она узнала десять минут назад. Мелани вообще никогда не была знакома ни с одним греком.

Александр был настроен решительно. Но почему и для чего? Если только… От неожиданной мысли Мелани едва не подавилась, закашляла, чем снова привлекла к себе внимание грека."

"– Ты даже нормально чай выпить не можешь, – сурово произнес он, и его брови сошлись на переносице. – Сожалею, что сегодня ты плохо себя чувствуешь, но тебе все равно придется меня выслушать.