Роковая Роксана

– Что вы себе позволяете, дамы? – он подошёл ко мне, взял меня за руку и положил мою ладонь на свой локоть. – Мы немедленно уходим. А о вашем поведении, уважаемые, - он особенно выделил голосом последнее слово, - будет доложено мэру. Мы в театре, а вы устроили здесь цирк!

- Мы устроили? – взвилась госпожа Бэдфорд. – Моего сына отправили в тюрьму и всё по воле вашей падчерицы!

- Моя падчерица здесь точно ни при чём, - парировал отчим. – Надо было лучше воспитывать сына, чтобы он не ступил на дурную дорожку. Я уже разговаривал с вами по этому поводу.

Бабушка Флэквикс схватилась за сердце, тётушка закатила глаза, а госпожа Бэдфорд чуть не взвизгнула.

- А вы… - она не сразу нашлась с ответом. – А вы… все знают, что вы сами влюблены в свою драгоценную падчерицу! – выпалила она, наконец. – Она ведьма, и сводит всех с ума!

Эта пощёчина была ещё больнее, чем когда меня обозвали паучихой. Я увидела, как побледнела мама, как побагровел от негодования отчим, а Стелла бросилась искать защиты в объятиях своего жениха.

- Всё, довольно, - голос графа прозвучал резко и почти грубо. – Извольте извиниться, леди, и проваливайте отсюда, пока я не разозлился.

- Как вы с нами разговариваете? – высокомерно вскинула голову госпожа Бэдфорд. – И не надо нам угрожать! Мы – уважаемые женщины, и никто не отправит нас в тюрьму! Тем более за правду…

- За скандал – не отправят, - перебил её Бранчефорте. – Но не забывайте, что ваш сын сейчас в моих руках.

- Да как вы смеете… - начала госпожа Бэдфорд дрогнувшим голосом.

- Лет на двенадцать, - сказал граф.

- Мы будем жаловаться! – пискнула тётушка уже совсем несмело.

- Лет на пятнадцать, - подытожил эмиссар, и фурии сдались.

Пробормотав скомканные извинения, они сбежали, оглядываясь и перешёптываясь.

Только тогда ко мне вернулась способность говорить:

- Хочу домой, - только и произнесла я.

- Домой – и немедленно, - поддержал отчим. – Какое безобразие! Мэр не оставит этого без внимания!

- Я сам поговорю с господином мэром, - сказал Бранчефорте. – Лучше если ситуацию изложит кто-то посторонний, а не заинтересованное лицо. И прошу воспользоваться моей каретой, она стоит у крыльца.

- Благодарю, - отчим коротко ему поклонился. – Я очень признателен, что вы заступились за Роксану.