Разворот на восток

Вы сами были свидетелями тому, как оно все бывает. Раз-два, одна нога здесь, другая там. Командованию в Токио и самому императору о том тоже ведомо. И вот тогда безнадежность положения Японской империи станет понятна даже самому упертому генералу или министру, потому что, насколько нам известно, непосредственно на территории островов японских войск почти нет, большая часть японской армии или сражается на Бирманском фронте, или размазана по оккупированным территориям. Конец Второй Мировой войны, господа, виден уже невооруженным глазом.

– Мехмед Ибрагимович, вы думаете, что Япония просто выйдет из войны и капитулирует, не вступая в решающую схватку на своей территории? – спросил Куликовский.

– Мы не просто так считаем, – ответил Османов, – мы это знаем. Японский микадо – это не Гитлер, и воевать до последнего своего подданного он не будет. Почетная капитуляция перед силой неодолимой мощи входит в базовый культурный код японского народа.

Ольга встала и размашисто перекрестилась.

– Господи! – сказала она, воздев очи горе.

17 февраля 1944 года. 22:45. Москва, Кремль, кабинет Верховного Главнокомандующего.

Присутствуют:

Верховный Главнокомандующий – Иосиф Виссарионович Сталин;

Начальник генерального штаба – генерал-полковник Алексей Иннокентьевич Антонов;

Генеральный комиссар госбезопасности Лаврентий Павлович Берия;

Специальный консультант Верховного Главнокомандующего – комиссар госбезопасности третьего ранга Нина Викторовна Антонова.

После того как Василевский убыл на должность главкома Дальневосточно-Тихоокеанского направления, на его место в Генеральном штабе был назначен генерал-полковник Алексей Иннокентьевич Антонов, прежде (с начала июня 1942 года) занимавший должность начальника Оперативного Управления Генштаба. Если Генштаб – это мозг армии, то его Оперативное Управление можно сравнить с лобными долями, в которых сосредоточен весь армейский интеллект.