Разворот на восток

Как рассказал Семен, по поводу таких, как я, немецких женщин, желающих выйти замуж за русских офицеров, существует отдельная инструкция. Если такое желание проистекает из веления сердца, то это разрешено и даже поощряется, потому что таким образом старые земли объединяются с новыми. А если причиной интриги являются чисто меркантильные соображения невесты, то брак признается нежелательным и недопустимым.

Сначала я думала, что когда я расскажу свою историю, надо мной просто посмеются, но ничего подобного не произошло.

– И так тоже бывает, фройляйн Клара, – сказал он, убористым шрифтом заполняя какую-то бумагу и шлепнув на нее большую круглую печать.

– Понимаете, – сбиваясь от волнения, на ломаном русском языке сказала я, – когда я пришла домой и увидела там Семена, то поняла, что это моя единственная возможность. Если бы он тогда ушел, то я жалела бы об этом всю оставшуюся жизнь.

– Да понимаем, мы, понимаем, вы только не волнуйтесь, – сказал комиссар, протягивая мне документ, который только что заполнял."

"Я глянула в него и обомлела. Там черным по белому, на двух языках, русском и немецком было сказано, что Семен Листьев, командир Красной Армии и Клара Ленгендорф, жительница Вены и слушательница учительских курсов, заключили предварительный брачный договор, который вступит в силу после того, как фройляйн Лангендорф закончит обучение на курсах и обретет права советского гражданства.

Уезжая вместе со своей частью так далеко, что отсюда это кажется совсем неправдой, Семен оставил мне не только адрес своей полевой почты, на который я могу писать ему письма, но и свой денежный аттестат.