Развод. Без тебя будет лучше... (СИ)

— Блин, почему мы не пойдем в кафе? Настьку же выписали! — тянет недовольно.

— Выписали, но надо следить за ее питанием, ни о какой магазинной еде и еде из общепита и речи быть не может.

— Вот так всегда, облом за обломом! — капризничает. — Праздноваать дома — отстой.

— Аня, тебя никто не заставляет праздновать. Можешь остаться у бабушки с дедушкой. За городом. Им как раз нужно будет наверстать упущенное время с грядками и теплицей, — говорю я ровным голосом. — Наверняка, нужно будет прополоть траву, заняться удобрениями…

— Дома, так дома! — мгновенно соглашается Аня.

Вот даже ругаться не пришлось и голос повышать. Небольшая хитрая манипуляция, и старшая дочь больше не воротит нос от домашних посиделок.

Честно говоря, я не горю желанием возвращаться в квартиру, в которой прожила много лет с Мишей. Да, в квартире у мамы тесно, брат никуда не съехал, но там хотя бы я чувствую поддержку близких и нет ощущения, что меня хотят выгнать.

К сожалению, в квартире это гнетущее ощущение присутствует и не дает покоя.

В особенности, когда я понимаю: Ира была здесь.

Возможно, не один раз.

Всюду чувствуется ее рука.

Пересортировала продукты на полках холодильника, оставила расческу и бальзам для губ в ванной, повесила новую мочалку и переставила мои цветы в другом порядке.

Но основное потрясение ждет меня в бельевом комоде. Переезжая к маме, я взяла самые необходимые вещи. Планировала сейчас собрать остальные и вдруг понимаю… что моих вещей в ящике нет.

Мои вещи свалены в сумку, которая стоит на дне шкафа.

Честно говоря, теперь я даже не хочу трогать собственное белье, оно будто запачкалось после того, как Ирка в нем лазила.

Совсем бессовестная…

Какая же она гадина, я думала, она достигла дна, но ее выходка с моими лифчиками и трусами, показывает, что у таких мелочных гадин нет предела для падения!

Потуги Миши сохранить хорошую мину при плохой игре просто смехотворны.

"Как бы то ни было, пора объявить детям о том, что мы расходимся.

От Миши не дождешься, поэтому я беру на себя эту нелегкую ношу.

— Я должна всем вам кое-что сказать…

На миг мое сердце замирает: стоит ли говорить именно сейчас? Но с другой стороны промедление может мне дорого стоить.