Разрушительная любовь

– Это аперитив? Я думала, ты…

– Солнце, это ужин из двенадцати блюд, – я натянул презерватив и провел уже твердым членом по ее влажным складкам. – И мы только начали.

Я схватил ее за шею, резко вошел внутрь, и все разговоры прекратились, если не считать ее стонов и моего рычания. Она казалась раем для моего ада, и я никогда не был ближе к спасению, но все же хотел затащить ее в глубины преисподней. Я трахал ее так жестко, что боялся сломать, но при малейшей приостановке Ава начинала тихо, недовольно ворчать, и я удовлетворенно, восхищенно улыбался.

Мой милый невинный ягненок оказался грязной маленькой шлюшкой, и я никогда так не радовался собственной ошибке.

Я перевернул Аву на спину, когда она задрожала вновь, и ее остекленевшие от наслаждения глаза и вздохи заставляли меня двигаться все быстрее и глубже, пока я тоже не разразился оргазмом, мощным, как ураган пятой категории.

Когда мое дыхание замедлилось, и я спустился с небес на землю, Ава смотрела на меня со странным выражением лица.

– Что такое, солнце? – Я прижался губами к ее губам, уже готовясь к следующему раунду.

– Никаких поцелуев и контактов лицом к лицу во время секса, – пролепетала она. – Я думала, у тебя такие правила.

Я замер. Она была права. У меня были такие правила – я создал их, когда повзрослел и понял, что эмоции никак не связаны с сексом и чувствам нет места в спальне. И никогда не нарушал – до сегодняшнего дня. Сегодня я совершенно про них забыл, пока не напомнила Ава.

И в этот момент я понял, что конкретно, по-настоящему влип.

– Ты права, милая, – сказал я, прижавшись к ней лбом и обреченно вздохнув. Так. Влип. – Но к тебе правила не относятся."

"Глава 23

Ава

Когда мы с Алексом закончили, я совершенно обессилела и знала, что наутро все будет болеть, но мне было плевать.

Я полностью отдалась ему, но почему-то никогда не чувствовала себя столь могущественной. Сила в слабости, контроль в подчинении.

– Ты не устал? – зевнула я, глядя на Алекса из-под полуприкрытых век. По ощущениям, прошло уже много часов, и я была готова отключиться, но он казался бодрым и оживленным, как всегда.