Придворный Медик

Коршунов пытался придумать логическое объяснение произошедшему, но в голову лез только Булгаков. Командир охраны начал невольно задумываться о том, что новый лекарь проводит на своём этаже какие-то эксперименты.

А ведь такое и в самом деле может быть. Несколько месяцев назад в другом конце города изловили такого же умника. Лекаря, который ставил эксперименты не только на своих пациентах, но ещё и на соседях. Далеко не все пользуются своей способностью по назначению. Возможно, и Булгаков такой же?

— Петька! — позвал своего помощника Коршунов.

— Да, командир?

— Ключи от жилых помещений достать сможешь?

— Могу, но… Управляющего предупредить придётся. Для этого нужен веский повод, — замялся помощник.

— Придумай что-нибудь. Котелок у тебя варит, — произнёс командир. — Если не уговоришь — звони мне. Я сам поболтаю с управляющим

Коршунов решил, что пора перестать откладывать давно зародившуюся в его голове идею.

Пора осмотреть квартиру Булгакова.

* * *Утром я ещё раз подлечил Моту почки и велел сидеть тихо.

Рабочий день, как и всегда, начался с толпы пациентов. Их становилось всё больше и больше, хотя на прошлой неделе я начинал с единичных консультаций.

Слухи распространялись даже быстрее, чем я планировал. Ко мне часто заходили больные, закреплённые за другими лекарями, но я никогда их не прогонял, хоть это и не соответствует местным правилам.

Ну не хочу я прогонять человека к другому лекарю, если он обратился ко мне! Какой смысл в этом «футболе»? Если время свободное есть, так почему бы тогда не помочь больным и заодно не разгрузить своих коллег? Всё-таки платят нам не за количество пациентов. Оклад фиксированный. Кто сколько пациентов принял за месяц больше влияет на надбавки.

Особенно в этой клинике мне нравится разнообразие среди пациентов. Каких только слуг на территории двора нет! И что самое любопытное, у каждой группы есть свои собственные заболевания, которые провоцируется характером работы.

— Терентьев Фёдор Иванович, верно? — спросил вошедшего в мой кабинет полного мужчину.

— Всё верно, Павел Андреевич, — кивнул он, присаживаясь напротив меня. — Помогите, пожалуйста, господин лекарь, не могу больше терпеть. Единственный выход — увольняться. Но делать этого мне очень не хочется.

Я заглянул в медицинскую карту Терентьева.