Под британским флагом

 — У вдовы остался только тот дом, что купил твой отец, и сад, который приносил две с половиной тысячи шиллингов в год.

Я заметил, что французы предпочитали считать деньги не в экю, а в ливрах, чтобы выглядеть как бы в три раза богаче, а англичане и вовсе предпочитают быть богаче в двадцать раз. Если быть скромнее, сад давал всего сто двадцать пять фунтов стерлингов. В мою предыдущую эпоху этого хватало на неброскую, но беззаботную жизнь в сельской местности, а как сейчас — не знаю. Скорее всего, маловато, иначе бы вдова не превратилась в ведьму.

— Старая карга сдохла осенью, — продолжил мистер Тетерингтон.

— От горячки, — добавил доктор.

— Не важно, от чего, главное, что это наконец-то случилось! — воскликнул мистер Тетерингтон. — Хотя говорят, что она не оставила нас в покое — в доме и саду видели ее привидение Ее наследник, племянник мистера Фифилда — такая же сволочь! — отказался продать мне сад. Только вместе с домом. А зачем мне этот дом с привидением?! Какой нормальный человек будет в нем жить?! — Он, видимо, вспомнил, что я, пусть и недолго, жил в том доме, и добавил: — Я предупреждал твоего отца, но он не поверил — и вот чем всё кончилось!

— Дело, скорее всего, не в привидении, а в неосторожном обращении с огнем.

Труба камина, наверное, забилась за зиму, — вмешался доктор, которому по профессии легче не верить во всякую чушь, и спросил меня: — Вы топили камин?

— Да, — подтвердил я. — Холодно было.

— И сильный ветер был вчера, — напомнил доктор. — Полетели искры, попали на сухое дерево — и начался пожар!

— Нет, это всё проделки старой ведьмы! — продолжал стоять на своем мистер Тетерингтон.

 — Я так и сказал твоему отцу, что не стоит покупать дом. Говорю: «Мистер Хоуп, вы пожалеете, если купите его!», а этот пройдоха-наследник Эндрю Фифилд возражает: «Вы специально отговариваете, чтобы купить сад за бесценок!». И кто из нас оказался прав?! Твой отец даже обиделся на меня. Я приглашал его зайти в гости, если поселится здесь, а он вчера даже не соизволили прийти поздороваться.

— Мы устали с дороги, и вещи надо было распаковать, — сказал я в оправдание незнакомых мне людей.

Впрочем, я уже почти чувствовал себя Генри Хоупом. Став подданным королевства, я буду иметь, как минимум, одной проблемой меньше, а то, что имя буду носить другое — я привык. Осталось выяснить, где мне не стоит бывать, чтобы не опознали.

— А откуда мы приехали? — поинтересовался я.

— Вчера из Лондона, а вообще — с Ямайки.