Под британским флагом

Я подумал, что попадись ему раньше опытная женщина, сумевшая решить его сексуальные проблемы, знаменитым адмиралом стал бы кто-нибудь другой, потому что английский флот сейчас сильнейший, кто бы им ни командовал.

82

Корвет «Хороший гражданин» был послан на разведку к Тулону, где пополнил, благодаря корсиканцам и французским сеньориям, запасы продуктов, а когда пришел на рандеву в порт Маон на Менорке, там уже не было английских кораблей. Капитан порта передал мне приказ вице-адмирала Джорджа Кейта присоединиться к эскадре контр-адмирала Горацио Нельсона, блокировавшей Мальту.

Я снялся с рейда поздно вечером и пошел не на юго-восток, к Сицилии, а на север, к французскому берегу. Уверен, что Горацио Нельсону не сообщили, что я войду в состав его эскадры. Он будет думать, что я в составе флота Джорджа Кейта. Даже если меня разоблачат, уйду в отставку. Занудные блокады без призов чертовски надоели, причем не только мне. Пурфириу Лучани уже дважды подходил ко мне и спрашивал, нет ли возможности отпустить их? Я пообещал сделать это, когда найду им замену, чего делать не хотел.

Мы были на траверзе мыса Креус, когда дозорный заметил на северо-западе, позади нас, парусник. Это был полакр — трехмачтовое купеческое судно. У него на наклоненной вперед фок-мачте латинский парус, на грот-мачте — прямой, а на бизань-мачте — гафельный. Мачты-однодеревки, без стеньг и марсов. Такое впечатление, что на этом судне встретились три эпохи парусного вооружения. Шел полакр под французским флагом. Завидев нас, завернул в Порт-де-ла-Сельва, мимо которого проходил.

С английским флагом на флагштоке корвет приблизился к бухте, лег в дрейф, приготовил к бою пушки левого борта и спустил на воду баркас и рабочий катера. В баркас погрузились корсиканцы под командованием лейтенанта Хьюго Этоу, а на катер — морские пехотинцы под командованием лейтенанта Томаса Хигса. Всего сорок три человека. Я был уверен, что этого даже многовато. Трусливые экипажи предыдущих французских и испанских судов притупили во мне осторожность.

На этот раз все пошло не совсем так. Я это понял, когда увидел, что на полакре натягивают противоабордажные сети, открывают порты и высовывают стволы пушек. На обращенном к нам, правом борту их было пять: три девятифунтовки в центре и две шестифунтовки по краям. Я хотел отдать приказ абордажной команде вернуться, но они так резво неслись к цели, что вряд ли услышат или сделают вид, что не услышали. Ребята застоялись за последние месяцы.