Перегрин

— Мы здесь не на учениях, а пришли за добычей, — открыл я ему и остальным бойцам отряда тайную цель похода. — Устроим засаду. Глядишь, что-нибудь и поймаем.

— Какую засаду?! На кого?! — искренне удивился Кезон Мастарна.

— Скоро узнаешь, — коротко ответил я.

Как ни странно, остальные не возмущались и вопросы не задавали. Видимо, поверили в меня, как командира. Пока что потери были минимальны, а добыча, если считать и захваченную по моему совету галеру, была внушительной. По мнению некоторых — баснословной.

Переправившись, прошли немного вдоль берега к городу, но стало так темно, что вынуждены были остановиться.

Африканская ночь намного темнее украинской. Зато звезды ярче и кажутся ядренее. Я выставил караулы и лег покемарить, приказав разбудить, когда выйдет луна.

— Ляг поспи, — предложил я и Кезону Мастарне.

— Что-то мне не хочется, — произнес он с нотками испуга.

Видимо, страшно юноше в темноте за пределами каструма. Причем нумидийцев он, конечно, боится, но больше — ночных злых духов.

В этом плане римляне не далеко ушли от дикарей с балканских гор. Тут еще где-то неподалеку выясняли отношения две ночные птицы. У одной голос был высокий, истеричный, а у второй — глухой, словно простуженный. Я еще подумал, что ругаются жена и муж. Они перелетали с места на место по кругу, в центре которого были мы, и выясняли, кто кому загубил лучшие годы жизни, не желая соглашаться с тем, что виноваты оба."

"Послушав их немного, я вырубился. Привык уже к римскому образу жизни, когда встают с петухами и ложатся с курами, поэтому с трудом переносил ночные дежурства.

Бодрствовать помогало то, что в римской армии за сон на посту полагается смертная казнь.

Разбудил меня Кезон Мастарна. Как догадываюсь, ему было страшно даже рядом со мной спящим.

— Луна вышла, — оправдывающимся тоном проинформировал он.

Луна была на полпути к новой, однако светила достаточно ярко, чтобы разглядеть большие камни и не споткнуться.

— Идем без строя и плотной группой, будто мы нумидийцы. Если встретимся с ними, в темноте вряд ли отличат нас от своих.

Поэтому никому не разговаривать, даже шепотом. Отвечать буду только я. Когда дам команду, нападайте в первую очередь на вооруженных. Добычу захватывать только после окончания боя. За бабами не гоняйтесь, с ними мороки много, а в лагере их все равно отберут, — проинструктировал я. — Вопросы есть?

Вопросов не было даже у потомка этрусков.

Я пошел впереди, а за мной плотной толпой шагали все остальные.