Перегрин

Видимо, не знали, что морские пехотинцы ушли вглубь материка.

— Но местные рыбаки знают это и могут им рассказать! — захлебываясь от волнения, поведал мне Ганнон Стритан. — Представляешь, что бы было, если бы напали на нас до вашего возвращения?!

Да, это была бы первая и самая славная победа мавретанского флота над римским. Победители наверняка умолчали бы, что на судах отсутствовала морская пехота, рассказали бы, что запросто справились с превосходящими силами противника. Такие вот они крутые военные мореманы!

— Не волнуйся, мы вернулись вовремя, ничего не случилось! — успокоил я.

— В этот раз не случилось, а в следующий?! — задал он правильный вопрос.

— До следующего раза мы эту проблему решим, — пообещал я. — А сейчас займись погрузкой трофеев.

— Мы это все не увезем, — уверенно заявил деверь.

— Значит, сделаете две ходки, — сказал я.

Эту тему мы обговорили с Фестом Икцием еще в поселении.

— Обидно бросать столько добра! — пожаловался он.

— Придется делать две ходки и оставлять охрану на берегу, — предупредил я.

— Я рискну, — согласился он. — Оставишь мне одну центурию. Отобьемся, если что. Крестьяне и рыбаки с нами не справятся, а больших отрядов мавретанских воинов поблизости нет.

Я сообщил Фесту Икцию информацию о трех мавретанских триремах и предложил все-таки бросить часть трофеев, но был уверен, что старший центурион не откажется от своего намерения. Так оно и случилось.

— Всего три триремы?! — фыркнул он. — Сражаться мавретанцам придется на суше в пешем строю, в котором они слабы, дисциплины не знают, строй не держат. Один легионер справится с тремя пешими мавретанцами, — самоуверенно заявил центурион, после чего пораскинул мозгами и добавил: — Оставь мне на всякий случай еще полцентурии. Вдруг к ним гребцы и матросы присоединятся?!

— Да, весло в умелых руках — это грозное оружие, — с серьезным видом произнес я.

— Ничего, отобьемся! — с улыбкой пообещал Фест Икций.

47"

"Мы быстро добрались до Табрака и выгрузились. Лошадей отогнали на дальнее пастбище, оставили там под охраной десятка велитов, а барахло сложили в арендованных складах, которые сейчас пустовали в ожидании нового урожая. Я лично опечатал каждую дверь и выставил часовых. Еще во время разгрузки ко мне подходили местные купцы с намерением купить кое-что из добычи. Я пообещал, что продадим, когда перевезем всё.