Осман. Его маленькая слабость

Думаю, что Аркадий слукавил, когда сказал, что не знает настоящего отца Полины. Пожалуй, завтра же навещу его в тюрьме, поговорю с глазу на глаз.

А пока… Беру букет, пакеты с разными вкусностями и иду домой, чтобы поскорее обнять своих женщин.

Вечер проходит на удивление тихо, спокойно и по-семейному уютно. Полина немного пришла в себя, и я все больше убеждаюсь в том, что поступил правильно — не рассказав ей сразу о Тагире.

Для себя я решил точно — это никак не скажется на моей любви к Полине. Родителей не выбирают, да и вся эта история выглядит крайне запутанной.

Наверное, у матери Поли была причина, раз ей пришлось выйти замуж за доверенного человека Тагира, будучи беременной от него. Обычно интуиция меня не подводит, поэтому решаю дождаться новой инфы от своих людей.

— Давай я уложу дочь, — накрываю кисть Полины своей ладонью. — А ты пока отдохни.

— Ну… Если ты настаиваешь, — улыбается она ласково и с благодарностью.

Киваю и иду наверх, подняв Каришку на руки — она недовольно куксится, когда ее отрывают от любимого коврика, расстеленного в гостиной.

— Кстати, а где тетя Люда?

— Они с Тёмой поехали сегодня к Васе, — говорит Полина, убирая тарелки со стола. — Ее завтра выписывают.

— Это замечательная новость. Встретим ее как следует, да, моя принцесса? Ждешь свою тетушку?

Карина пускает пузыри и хлопает в ладоши. Все-то она понимает, только говорить не умеет!

Уже уложив малышку спать, сижу возле ее кровати и не могу налюбоваться. Подложила маленькую ручку под пухлую щеку, ротик приоткрыт — спит без задних ног.

Какая же она милая! Родная моя кровь, мое сокровище! Я готов положить весь мир к ее ногам, лишь бы она была счастлива.

Я так сильно увлечен своими мыслями, что не сразу замечаю, как в комнату входит Полина. Ступает тихо, точно крадущаяся тигрица — этот навык появляется у всех матерей.

— Уснула? — подходит сзади и обвивает руками мою шею.

Млею от ее чар, от близости ее тела.

Чуть повернувшись, тяну ее на себя и усаживаю на колени. Целую ее податливые губы, чувствуя, что улетаю от их вкуса.

— Осман Дамирович, ничего святого, — смеется эта лиса, запуская пальцы мне в волосы. — Тут малышка под боком спит.

— Главное, спит, но мы продолжим в нашей спальне.

Подхватываю Полю на руки и иду к себе в комнату, не в силах оторваться от ее губ.

— В нашей? — заинтригованно спрашивает Поля.

— Да, женщина, в нашей. Я собираюсь до конца своей жизни делить кровать только с тобой.

— Ох, Осман…

Полина выглядит тронутой, даже глаза мокрые.