Опьяненный любовью

– Ты как, Пен? – прошептал Гарри ей прямо в ухо.

«Подумай о чем-нибудь другом. О тле! О спорынье!»

– Все хорошо. Со мной все хорошо.

«Отойди от этого человека».

Пен положила руки ему на грудь.

«Оттолкни!»

Ей было невероятно трудно отстраниться от Гарри, но она заставила себя.

– Я просто ногу отсидела. – Приподняв подол юбки, она пошевелила ногой. – Видишь? Теперь все нормально.

– Вот и прекрасно. – В его голосе звучала…

«Он уставился на мою лодыжку».

Пен тут же одернула юбку.

– Да. Но нам пора идти.

– Действительно, уже пора – подтвердила Гарриет.

Гарри, усмехнувшись, поднял свой жилет.

– Точно пора.

«У Гарриет игра в падалицу выходит куда лучше, чем в свое время у Пен».

Гарри наблюдал за дочерью, прыгавшей впереди на дороге. Да и сам он уже не тот, что тогда, – и объяснит, и покажет. Годы развили в нем терпение и умение объяснить, однако, помимо всего прочего, Гарриет – несомненно, способная девочка.

Непонятная, необъяснимая гордость наполнила его сердце. Гарри всегда был отличным спортсменом.

«Как бы мне хотелось научить ее верховой езде. И научу, если только смогу убедить Пен переехать в пустующий дом в Дэрроу».

Это будет, разумеется, не простым делом. Большинство женщин без долгих раздумий ухватились бы за возможность зажить беззаботной жизнью в хорошем доме, но Пен к ним не относилась. Она была женщиной независимой. Порой до абсурда независимой.

«Если мне удастся убедить ее, это будет только во благо Гарриет…»

Пен, конечно, пойдет на все ради Гарриет.

– Мне бы хотелось кое-что обсудить с вами, лорд Дэрроу.

– И что же? – Гарри взглянул на Пен.

Само собой, она не собиралась принять предложенную им руку и шла в добрых двух футах от него.

Ну и что! Всякий раз стоило ей прикоснуться к нему или ему к ней – у него возникало ощущение, что он вот-вот воспламенится.

Его налитый кровью фаллос обезумел от желания.

– Я, э… – Покраснев, Пен стала смотреть в сторону.

«Интересно. Может, мне и правда удастся убедить ее перебраться в Дэрроу?»

В то лето, которое они провели вместе, Пен испытывала сильнейшее физическое влечение к нему и не стеснялась удовлетворять его. Боже, сколько же страсти было в ней тогда, в те наполненные любовью дни.