Опьяненный любовью

 – Гарри взглянул на Пен. Не хотел расставаться с ней так сразу.

Почему?

Сейчас Гарри был не склонен размышлять над этим вопросом."

"– Я бы хотел провести здесь некоторое время, чтобы получше познакомиться с тобой, Гарриет, если ты не против. – Он бросил взгляд на Пен. – И если твоя мама тоже не против, разумеется.

«Почему Пен нахмурилась?»

– Ты, должно быть, очень занят, – сказала Пен.

«Она не хочет, чтобы я остался?»

– Ты же граф. У тебя много обязанностей. – Пен говорила быстрее обычного, упорно глядя ему не в глаза, а на его шейный платок.

Эта фраза прозвучала болезненным укором. Но что стало бы с ними, если бы они не смогли обойтись без него?

– Я хочу, чтобы ты остался, – сказала Гарриет.

– Гарриет!

Гарриет пропустила мимо ушей реплику матери и не отрывала глаз от Гарри. В ее голосе было и упрямое желание настоять на своем, и мольба.

– С тех пор как сюда приехала Верити, здесь все стало так гадко. Я хочу, чтобы ты пошел со мной в приют, чтобы я могла показать им, что ты… – Ее голос сорвался, но девочка сумела взять себя в руки и продолжила: – Чтобы я могла доказать им, что ты… принял меня.

Пен от ужаса затаила дыхание, а Гарри горячей волной захлестнул гнев, сила и глубина которого поразили его самого. Единственный раз он испытал нечто подобное – когда отец Пен избил ее. Она тогда была немного старше Гарриет, а он – всего лишь мальчишкой, не способным ничем ей помочь.

Теперь, конечно, Гарри не был настолько беспомощным. Он был графом и близким другом герцога – сиятельного покровителя здешнего приюта.

«Но стоит ли мне вторгаться в жизнь Пен и других обитательниц приюта?»

Пусть с его стороны это будет не самый разумный поступок, но он решился. Гарри не мог позволить, чтобы кто бы то ни было издевался над его дочерью.

И он должен прояснить еще один вопрос.

– Они именно так и говорят, Гарриет? – спросила Пен.

– Именно так, мама.

– Гарриет, – продолжил Гарри, – у моего брата было много… побочных детей, но не у меня. Насколько мне известно, ты – мой единственный ребенок.

Пен и Гарриет с явным недоверием посмотрели на него.

Гарри был почти уверен в своей правоте, хотя теперь он вынужден был признать, что никогда особенно не задумывался о возможной беременности своей очередной пассии.