Он её ад

Когда взгляд Яагера снова вернулся к моим губам, я каким-то шестым чувством поняла, что он снова собирается это сделать, и моя рука, взметнувшись, со звоном влепила ему пощечину. Я сразу заметила, что его щека начала краснеть, но я ни о чем не жалела.

Я сразу же соскользнула с кровати и быстрым шагом отошла на противоположную часть комнаты. Хотя, желала вообще оказаться на другом конце колледжа. Да плевать где — главное, подальше от Яагера.

— Больше не делай этого, — после сна мой голос все еще был хриплым. — Не целуй.

Матиас повернул голову и посмотрел на меня. В полумраке комнаты его глаза казались еще более темными. Настолько черными, что напоминали бездну ада.

— Я буду это делать.

У меня по коже пробежали мурашки и я дернулась. Вместе с этим ощутила, как в груди все полыхнуло. Недовольством и, вместе с этим, непониманием. Но, главное, злостью от того, что Матиас явно был намерен попользоваться мной так же, как и всеми теми девушками, которые попадали в его грубые руки. Нет особого выбора, а, значит, подойдет и та, которую он ненавидит и презирает.

А для меня, черт раздери, это были первые поцелуи и первые прикосновения.

Я желала испытать их с нормальным парнем. С тем, кого буду любить, а не ненавидеть.

Я разомкнула губы, но ничего сказать не успела. В этот момент в коридорах заиграли колонки — оповещение о том, что пора вставать.

Шумно выдохнув, я качнула головой и сказала:

— Мне нужно переодеться.

Матиас встал с моей кровати и, положив ладони в карманы штанов, отвернулся.

Ладно. Плевать.

Я пошла к шкафу и достала одежду. Очень долго перематывала грудь, при этом, на всякий случай спрятавшись за дверью шкафа.

— Я переоделась, — сказала, закончив с одеждой. Хотя вообще не хотелось что-либо говорить Матиасу."

"Я взяла полотенце и зубную щетку с пастой, после чего пошла к двери.

Я заняла самый крайний умывальник, а Яагер встал около того, который находился ближе всего. Дьявол. Тут множество умывальников и все свободные. Тем более, уже вскоре сюда начали приходить студенты и многие старшекурсники подходили к Матиасу. Здоровались с ним и пытались завести разговор. Яагер отвечал однословно.