Охота на пиранью

 — Неплохо, друже…

Как ни удивительно, их разговор вовсе не казался скверной комедией — сейчас и здесь все выглядело естественно и вполне уместно… Хозяин со всей серьезностью принял от девахи каравай, отщипнул пышный кусочек, макнул в солонку и съел, можно выразиться, истово. Если это и была игра, все присутствующие относились к ней крайне благоговейно…

Вслед за Хозяином отломили по кусочку человек в черкеске и белобрысый «полковник» (хотя этот, если разобраться, ниоткуда не прибыл, заимки-то он не покидал…). Парни с карабинами к хлебу-соли допущены не были — они стояли, держа в поводу пятерых коней, старательно вытянувшись в струнку.

Хозяин, сопровождаемый «комитетом по встрече» (в лице Кузьмича и доктора, деваха проворно улетучилась куда-то вместе с сыгравшим свою историческую роль караваем), полковником и бородатым, прошелся вдоль недлинной шеренги пленников, что твой Наполеон. Мазуру его взгляд не понравился — очень уж хозяйский, неприкрыто барский — а то, как бородатый озирал Ольгу, не понравилось еще больше.

Стоп. Очень уж рискованно…

— Молчи, Кузьмич, — Хозяин жестом остановил Кузьмича, посунувшегося было к нему. — сам попробую угадать, кто тут геройский майор — это, скажу тебе честно, не столь уж и трудно. Не пузатый же, а у этого — морда типичнейшего холуя, так что выбор невелик… — он указал на Мазура.

— Помер Мишаня, батюшка барин, — скорбно отозвался Кузьмич. — Поутру. Доктор говорит, ребра у него с одного удара сломались, сердце проткнули…

Казалось, такая новость Хозяина крайне обрадовала — он посмотрел на Мазура благосклонно и даже поднял руку, собираясь похлопать по плечу, но передумал, чуть повернул голову:

— Ибрагим-Оглы!"

"— Что, Прошка? — моментально откликнулся тот, придвинувшись и положив руку на кинжал.

— свести тебя с майором — кто кого?

— Совсем трудно сказать, Прошка… — протянул Ибрагим-Оглы. — смотря как, с чем и где…

— Вот то-то, — кивнул Хозяин.

Странно, подумал Мазур. Очень уж фамильярно этот липовый кавказец (а он липовый, сомнений нет, довольно неумело имитирует акцент) обращается к всесильному в этих местах барину, но тот не гневается ничуть.