Охота на пиранью

 — Золотишко с прииска возят вертолетами, перегружают на самолет в нашем аэропорту, но это мимо меня, там вневедомственная задействована… А что до заповедника — это и вообще мимо Пижмана проходит. Знаю только, что охрана там хорошая, в связи с научной ценностью. Иностранцев туда частенько возят. Ходят слухи, что там под видом заповедника устраивают шикарную охоту на медведей для импортных богатиков — источник валюты для губернии, золотое дно…

— Ну, сие нам знакомо, — сказал Мазур. — Если хочешь что-нибудь замаскировать, нужно не отрицать существование, а выпустить на свет божий кусочек картинки, как якобы утечку… Миша, это все была лирика.

Сомов смотрел в стол. Усмехнувшись, не поднимая глаз, процедил:

— Ну, по долгу службы вас бы задержать следовало для проверки фактов и выяснения некоторых… событий.

— Не получится, — вздохнул Мазур. — Ты, бога ради, не подумай, что я тебя пугать пытаюсь или в твой профессионализм не верю…

— Намек понял, — поднял глаза Сомов.

— А ты что на моем месте делал бы? Сантиментами маялся? — спросил Мазур без всякого раскаяния. — Или спасал жену? Я ведь не о себе забочусь, будь я один, и заходить в город не стал бы, попер себе дальше по азимуту… Люблю я вот эту обормотку, знаешь ли. И, чтобы ее доставить в безопасное место, не пожалею ни себя, ни встречных…

— Как вы вообще вышли, удивительно…

— Да ничего удивительного, — вяло сказал Мазур.

— И прапорщики тоже? — как бы невзначай бросил Сомов.

— Слышал уже?

— Уголовка да не слышала? Вот честно скажите — вы?

— А свидетель есть?

— Есть.

— Чернявенький, весь расписанный? — хмыкнул Мазур.

— И раненый вдобавок.

Мазур посмотрел ему в глаза:

— Ну тогда это не я. По одной простой причине, Миша: парни вроде нас с Володей в такой ситуации свидетелей не оставляют, особенно легкораненых, которые потом могут излагать связно и красочно, какие мы плохие ребята.

Сомов нехотя кивнул.

— Пистолет нашли?

— Нет. Говорит, ты с ним в тайгу драпанул… то есть, я хотел сказать, стрелявший.