Охота на пиранью

На нем были самые обычные джинсы и черная рубашка, распахнутая на груди, с засученными рукавами — и везде на открытых взору участках красовались разномастные татуировки, выполненные не в пример затейливее, чем те, которыми испачкали Мазура.

Водила, не отрывая от Ольги заинтересованного взгляда, выплюнул окурок сигареты с фильтром:

— Ну, и куда топаем без мамы, лялька?

— В Пижман.

— А до Пижмана-то — под восемьдесят кэмэ…

— Вот я тебя и тормознула, — бесхитростно пояснила Ольга, без особого труда изобразив довольно блудливую улыбку.

— Откуда бредешь?

— С леспромхоза.

— А что там делала?

Ольга прищурилась:

— С другом в бане мылась.

— И пупками, поди, терлись?

— А по-всякому. Ты сам-то куда, в Пижман?

— Ну.

— Подкинешь?

— А что ж друг не подкинул?

— Ужрался друг, — сказала Ольга. — А мне завтра в семь утра на смену выходить.

— Я смотрю, у друга блудень неплох, если такие концы отмахиваешь… Катя. («Заметил наколку, конечно», — констатировал Мазур.)

— Да не жалуюсь.

— И что, лучше всех на свете?

— Чтоб лучший найти, девке порыскать приходится…

— О, а вот это уже лучше — люблю понимающих… Ходку отмотала, Катерина, или так, по глупости?

— А ты что, прокурор?

— Я-то? Да наоборот… У меня, понимаешь, инструктаж — ни за что посторонних не подсаживать.

— А что мешает?

— Значит, договорились?

— Ага. — Ольга повернулась к сумке.

Чернявый ее придержал за локоть:

— Катерина, времена нынче рыночные…

— Ну и?

— Все через предоплату.

— А не кинешь потом, рыночник? — тоном натуральной шлюхи спросила Ольга.

— Да зачем, Кат-тя? Дорога дальняя, еще пару раз остановимся полюбоваться природою… Посмотреть, что умеешь.

— В кабине или как?

— Или как, — чуть подумав, сказал шофер. — Чуток отойдем, подстелим твой куртячок… Бери и пошли.

И уверенно погладил ее по заднице, когда наклонялась за курткой. Ольга абсолютно спокойно это перенесла и первой, помахивая курткой, с загадочной улыбкой направилась мимо того дерева, за которым прятался Мазур.

Реакция у чернявого оказалась отменная — в глазах еще гасло ошеломление, а рука рванулась к карману. Науку следовало преподать с самого начала — и Мазур, дав ему время выхватить нож, нажать кнопку, сбил первым же ударом. Вырвал перышко, не глядя, забросил в тайгу, добавил ребром ладони.