Офисный тиран

— Черт…  прости… — хрипло ругается Воровский. — Нельзя было без прелюдий… но ты такая… такая желанная, Лиза.

Я пытаюсь выровнять дыхание. Осторожно приподнимаюсь со стола.

— Это было неожиданно, — поднимаю на него глаза.

Он притягивает меня к себе. С нежностью целует в губы, потом в шею.

— Прости, — улыбаясь, шепчет мне в приоткрытые губы. Снова обрушивается поцелуями – теперь мягкими, бархатными, будоражащими. Я подчиняюсь. Обвиваю руками его крепкую шею и плавлюсь в блаженстве, которое дарит близость.

Он нехотя отрывается от моих губ и ловит мой взгляд.

— Остановись… иначе снова окажешься на столе…

Я смотрю в его глаза и улыбаюсь.

— Ты меня все же похитил.

— Точно, — смеется он. — Само собой вышло.

Глава 37. Лиза

— Ладно. Я даже не помню, когда в последний раз была на море.

Воровский выпускает меня из объятий. Поправляет одежду и начинает накрывать на стол.

— Надо поесть, пока хачапури еще теплые, — поясняет он.

Я сама не замечаю, как втягиваюсь в хлопоты. Включаю чайник, достаю пакетики черного чая, сахар.

— Кстати, я купил тебе кое-что из одежды, — оживляется Воровский.

— Ты был в торговом центре?

— Нет, на рынке. Здесь сразу за парком есть небольшой рынок.

— И что ты купил мне на рынке?

— Пижаму.

— Что?

Воровский смеется.

— Пижаму с оленями. Я подумал, раз мы с тобой оказались под новый год в заброшенном доме у моря, то нам предстоят стандартные новогодние хлопоты – покупка елки, праздничный ужин у камина под той самой елкой, горячий глинтвейн… И пижама будет в самый раз.

Я озадаченно слежу, как он извлекает из большого бумажного пакета бутылку красного вина, приправы для глинтвейна, апельсины и яблоки, и все это раскладывает на столе. Среди покупок находит небольшой пакет и протягивает мне.

Открываю – действительно пижама. Брюки и футболка в темно-красную клетку с новогодним оленем на груди.

— После всех угроз в сообщениях ты решил купить мне пижаму с оленями? — недоверчиво посматриваю на него.

Воровский достает шапочку Санты и натягивает мне на голову.

— Кто сказал, что я позволю тебе ее надеть?

Я хочу еще что-то сказать, но вместо этого осторожно сглатываю - его последние слова будоражат фантазию и будят совсем не приличные мысли.

— Нет, — сверкнув понимающим взглядом, качает головой Воровский. — Сначала позавтракаем.

Все же, голод берет вверх. После всех приключений горячие хачапури со сладким чаем оказываются очень кстати.

— Мне надо позвонить родителям. А телефон сел.

— Позвони с моего.