Обет на крови

Морозов воскликнул:

– Еш твою за бедро! И кто это тут вякает о расстрелах? Змеелов? Тебе ли об этом пасть свою вонючую открывать? Я кому сказал – Ахмада сюда, будем кончать этих мразей!

В голосе Змеелова зазвучали нотки истерики:

– Вы не сделаете этого! Я могу дать ценные показания, оказать помощь, я буду полезен федеральному командованию. Свяжитесь с ним!

Полковник наклонился над раненым главарем:

– Вот ты как запел, абрек? А где ж твоя клятва в вечной войне с неверными?

– Я проиграл.

– Понятно!

Морозов, как быстро вспылил, так быстро и успокоился.

– Что ж, я человек в принципе не кровожадный и на своем веку положил таких, как ты, не один десяток, так что дело не в количестве. Я вашим сбродом сыт по горло. Но чтобы выторговать себе право на жизнь, Змеелов, тебе придется поработать на меня!

– Говорите, что надо сделать?

– Мне нужны майор милиции из Хатани, некий Мовлади Тадаев, и его подельник по имени Казбек. А также те люди, которых они вывезли отсюда накануне.

Камалов повернулся на носилках, что вызвало боль в раздробленных суставах, заставив его поморщиться. Но он пересилил эту внезапно ударившую боль – действие обезболивающего препарата боевой аптечки начало ослабевать – проговорив:

– Это очень хитрый человек!

И вновь полковник изобразил удивление:

– Даже хитрее самого Змеелова?

– Нет! Однако он осторожен и подозрителен.

– Мне нет никакого до этого дела. Мне нужны эти два мерзавца. Или я не ясно выставил требование, исполнение которого обеспечит тебе жизнь?

– Ясно, ясно.

Полковник кивнул Гончарову, и майор отправился в сарай за главным надзирателем. Тот совершенно потерял самообладание и мелко трясся всем телом."

"Его вывод увидели бывшие заложники-рабы, и среди них прошел угрожающий рокот. Но бойцы спецназа сдержали толпу, не дав ей устремиться на растерзание ненавистного мучителя.

Гончаров подвел пленника к носилкам.

Даже находясь в плену, в окружении старших офицеров Российской армии, при виде своего хозяина надсмотрщик невольно согнулся в поклоне.

Соловьев легким тычком в бородатый подбородок заставил чечена выпрямиться, за что был удостоен укоризненного взгляда командира отряда.

Камалов спросил:

– Ахмад, кого конкретно вчера вывез отсюда Тадаев?

Главный надсмотрщик назвал. Змеелов переспросил:

– И девчонку Лизу он увез?

– Так точно, господин.