Порочный Принц

Мне только что исполнилось восемнадцать, и у меня есть блестящий план, который начинается с того, что я останусь холостяком в течение следующих пятнадцати лет и буду трахаться с экзотическими девушками по всему миру. Дело не во мне, а в тебе. А теперь сделай мне одолжение и исчезни, черт возьми, мммлады? — он ухмыляется."

"— Зачем мне это делать? — я не медлю.

— Что?

— С чего мне делать тебе какие-то одолжения? В последний раз, когда я проверяла, я тебе ничего не должна.

Он усмехается, звук низкий и сдержанный в тишине библиотеки.

— Этого ты хочешь? Быть мне чем-то обязанной?

— Это не относится к сути. Я имела в виду, что я не обязана что-то для тебя делать. Ни сейчас, ни когда-либо.

— Ma belle, ma belle — Моя красавица, моя красавица... — он все еще улыбается, размышляя. — Я называю тебя ma belle — моей красавицей, но ты постоянно упускаешь суть.

Его слова заставляют меня задуматься. Что это должно означать? Я сопротивляюсь желанию спросить его именно об этом, и у меня есть проблема с тем, чтобы не быть прямолинейной.

Он протягивает руку к моим губам, прикосновение мягкое, почти как перышко. Как раз в тот момент, когда я собираюсь освободиться, он надавливает на нежную кожу и размазывает мою фиолетовую помаду по щеке, заставляя мою челюсть двигаться в такт движению.

— Думаю, ты пропустила памятку о макияже. Он должен делать тебя красивой, а не уродовать.

Я застигнута врасплох его грубым прикосновением, и едва слышу тихо, произнесенные слова. В его прикосновениях так много противоречий, как он мягко начал, а потом, как грубо закончил, как он нежно говорил, но в то же время придал им подлый оттенок.

Я отрываю голову от его непосредственной близости. Его губы кривятся в ухмылке, прежде чем он быстро маскирует ее своей обычной непринужденной улыбкой.

Что. За. Черт.

— Итак, вот в чем дело. Во время завтрашнего ужина я хочу, чтобы ты села, как хорошая маленькая девочка, и сказала всем, что не принимаешь эту помолвку, а потом я подарю тебе новый набор фиолетового дерьма для макияжа.

— Если ты так против того, чтобы жениться на мне, почему бы тебе самому не высказаться?

Я знаю почему, но то, что я действую ему на нервы, справедливо только после того, как он не только спровоцировал мой приступ тревоги, но и дал мне предчувствие, что он способен разрушить мой замок домино.