(Не) получишь меня, Дракон! (СИ)

по идее я сейчас должна бы заниматься с Такером. Но он не ищет меня, не зовет. Ну и пусть не зовет, наверное, решил ""подтянуть"" ту... с декольте.

Когда я откладываю от себя книги с проклятиями и перехожу к темной магии, в читальный зал заходит Сара и, хищно улыбаясь, идет прямо ко мне.

Глава 32. Джеральд Такер

День начался, как обычно, с этой любительницы влипать во всяческие передряги. Вот просил же ее не искать себе приключений, но нет. Явно ей не хватает.

Додумалась рассказать ректору о том, что видела Хон с накопителем, а потом сама шла к нему в кабинет.

У меня нет ни малейших свидетельств против ректора, но есть ощущение, что он нечист на руку и на мысли. А уж то, что они с Хон любовники, не знает разве что профессор некромантии, потому что он проводит в местном склепе почти все свое время.

Я был почти на сто процентов уверен, что ректор будет покрывать Хон до последнего, однако… Он, мало того, что подтвердил слова Евы о том, что они видели на кафедре артефакторики, так еще и дал разрешение на обыск в личных вещах Нейры.

Теперь мне остается только дождаться своих людей. Они должны прибыть как раз после пары.

А сам я был просто обязан проверить, как себя чувствует Ева. Она после того, что мы услышали в кабинете ректора, была сама не своя, вот я и не стал отменять лекцию.

Теперь рассказываю что-то, а сам не могу сконцентрироваться на материале, поэтому некоторые важные вещи проскакивают мимо.

Ева одергивает рукава своей блузки, натягивая их так, что они теперь надежно скрывают ее тонкие запястья. Хрупкая вся, как статуэтка фарфоровая, так и накрыл бы ее защитным колпаком, чтобы ничего не причиняло ей вреда.

А ведет себя, будто сделана из закаленной стали, укрепленной защитным плетением. Отчаянная.

Злит. До невозможности злит тот факт, что из всех мужчин, чтобы влюбиться, она выбрала самого отъявленного козла Ферта. Как же хотелось, с одной стороны, хорошенько встряхнуть Еву, чтобы она одумалась, увидела, о ком она проливает драгоценные слезы, а с другой… Прижать к себе и гладить, убеждать, что она непременно еще встретит того, кто не заставит уронить ни одной слезинки, кто будет защищать ее в любой момент.

Но я не могу себе позволить ни того ни другого.