\

Я, словно идиотка, наивно надеялась, что со временем эта бессердечная тварь смирится и, когда ребёнок появится на свет, она полюбит его…»

— Мало того, что таблетки непонятные глотала, хотя знала, что нельзя, — продолжала лить поток лживой грязи белобрысая старческая дрянь, — так ещё и нервы мне постоянно мотала, — голос искусной обманщицы дрогнул.

— Ты мне не рассказывала, — мотнул головой Макс, по тону которого было слышно, что он расстроен.

— А что рассказывать? — отмахнулась сучка, шмыгнув носом.

«Тварь! — набатом звучало в голове. — Какая же ты тварь!»

— Я с ней подружиться пыталась, обеды готовила, а она… — и снова шмыганье носом и такое правдоподобное выражение лица, говорящее, что ещё немного и последуют рыдания, — в мусорку всё вываливала! Представляешь?

От её лжи меня начинало трясти всё сильнее. Больно, как же больно осознавать, что из-за неприязни этой женщины погиб мой малыш.

— Почему мне об этом не сказала? — спросил Макс.

Я не могла вынести всё то, что произошло и сейчас происходило, ведь Любовь Ивановна так и продолжала валять меня в дерьме, выставляя виноватой.

— Боялась расстроить тебя, мальчик мой, — вздохнула она, ласково погладив его по щеке, — ведь я видела, как ты бережёшь Леру, поэтому и молчала. Не хотела, чтобы вы поругались, ведь твоя супруга точно правду не скажет, подтверждая мои слова.

— Неллочка? — не могла больше молчать, приоткрывая дверь и на трясущихся ногах вставая в дверном проёме.

Понимала, что уже поздно, и убивать словесно эту лживую суку нужно было раньше, но что уж теперь. Как есть.

— Пришла в себя, — фыркнула белобрысая тварь. — Ну что, не послушала ты меня. Погубила ребёнка! А я тебе говорила, что твои крики и постоянные претензии до добра не доведут! Пожалуйста! Выкидыш!

— Мама, — попытался одёрнуть её Максим, смотря на меня с осуждением.

— А что, мама? Что, мама? — вновь всхлипнула обманщица. — Я уже комнату для ребёнка выбрала и…

— И новую мать для него сразу! — перебила я её."

"— Вот видишь? — слёзным голосом спросила сучка. — Видишь, как она со мной разговаривает?

— Вы это заслужили сполна! — зашипела я, больше не собираясь чего-то бояться и вести себя скромно.