\

Могу сказать, что это вредно, девушка…

«А то я сама не знаю!»

— Но случайные и неразборчивые связи ещё вреднее, так что сами понимаете… — не замолкал говорливый гинеколог.

И вновь я наткнулась на мысль, что его голос мне знаком.

«Да ну! Бред! Нет у меня знакомых гинекологов! Это просто моё нервное состояние даёт о себе знать!»

— Вы готовы? — ворвалось в мои мысли.

— Э-эм… почти, — кивнула, будто он мог меня видеть.

С оголённой задницей, я направилась к уже застеленному креслу, усаживаясь на него и откидываясь назад.

Ноги взметнулись вверх, опускаясь на пластиковые опоры.

— Кхм… да, — ответила я, складывая руки на животе и смотря куда угодно, но только не на приближающегося мужчину.

Слуха коснулось бренчание принадлежностей для забора мазка…

— Я осторожно, — послышалось тихое, — не волнуйтесь.

Холодная сталь вошла в меня, а после неё и едва уловимое чувство шевеления. Секунда и всё исчезло, а ожидаемой боли так и не наступило, что удивило.

— Расслабьтесь, — шепнул мне мужчина, — я закончу осмотр и можете быть свободны.

Сжав зубы, кивнула, чувствуя, как в меня входят пальцы врача. Он смещал их сначала в одну сторону, слегка надавливая другой рукой на низ живота, затем в другую.

Я сгорала со стыда, но вскоре этот стыд сменился чем-то другим, что несказанно взволновало.

«Почему он не останавливается? — пульсировала шальная мысль в голове, пока пальцы гинеколога то выходили из меня, то вновь проникали до упора. — Боже… — моё дыхание стало частым, язык скользнул по пересохшим губам. — М-м-м…» — так хотелось застонать, но я терпела, сама не осознавая, что вцепилась в салфетку, на которой сидела задницей.

— Валерия, всё хорошо? — спросил мужчина, задевая клитор, пока я металась между накатившим наслаждением и желанием сбежать отсюда, ведь медосмотр перерос явно во что-то большее. — Вам больно?

— Не-нет, — выдохнула я, прикусывая нижнюю губу, когда пальцы гинеколога задели какую-то точку внутри.

— Точно? — он будто издевался надо мной. — А здесь?

Угол проникновения сменился, и я невольно всхлипнула, судорожно выдыхая.

— Или здесь?

И вновь этот чувственный ад, движения внутри меня и поглаживание клитора.

Я не хотела, чтобы он останавливался и одновременно понимала, что это аморально кончать на кресле гинеколога, не говоря уже о том, как потом посмотрю ему в глаза, но, боги, как же хорошо мне было.

— Ещё долго? — кожа горела огнём, а внизу живота концентрировался узел наслаждения.

— Не думаю, — коснулось моего слуха. — Немного осталось.