(Не) моя свадьба

– Покатаю немного, – сказал он Милане, которая устроилась на заднем сиденье.

Баграт покатил вперед, а через некоторое время увидел в зеркале заднего вида, что уснул не один Пашка. Милана тоже спала, подложив под голову маленькую подушку, которую он возил с собой.

Решил покатать подольше, чтобы ребенок крепче уснул. Но через полчаса, когда подъехал к дому и остановил двигатель, малыш начал кряхтеть, просыпаться.

– Маленький засранец… – прорычал Баграт тихонько.

Однако послушно завел машину и порулил дальше.

Так он и катался по ночной Анапе.

«Бесконечная ночь…» – злился он про себя.

Привез их домой к шести. Попросту больше не мог бесцельно кататься по городу. Ожидал, что Пашка снова расплачется, как только Милана занесет его в квартиру. Но нет! Маленький прохвост даже не проснулся, пока она его раздевала и укладывала в кровать.

Баграт ждал Милану у двери спальни, чтобы спросить, сможет ли она справиться с ребенком днем сама, хоть и понимал глупость вопроса.

Прошло пять минут, семь. Но Милана из спальни так и не вышла, а он боялся зайти, чтобы не дай бог не спугнуть удачу, ведь сын наконец успокоился. Потом не выдержал, приоткрыл дверь и обнаружил – ждал зря. Милана спала на постели рядом с кроваткой Паши. Даже не разделась.

Укатали сивку крутые горки…

Баграт зевнул. Очень хотелось последовать примеру Миланы.

Но на восемь утра у него была назначена важная встреча, а час сна ему погоды не сделает.

Он принял холодный душ, позавтракал и пошел на работу.

Уже позже, после того, как провел встречу и вернулся в свой кабинет, он позвонил матери и спросил:

– Ты помнишь, каким я был, когда родился?

– Конечно, помню, – она, казалось, ничуть не удивилась его вопросу, пустилась в воспоминания: – Ой, сыночек, ты был такой бесподобный! Самый сладкий, самый чудесный ребенок на свете, мы с отцом так радовались, когда ты у нас появился.

«Хм… – задумался Баграт. – Если я был ангел, а Пашка – моя копия, то какого лешего он творит?»

Мать тем временем продолжала:

– Как сейчас помню, посмотришь на меня своими огромными глазами, и сердце щемит. Ты был бесподобным малышом.

– То есть все было в порядке? Никаких проблем? – продолжал он расспросы.

– Совершенно никаких! Ты был лучшим ребенком на свете.