(Не) моя свадьба

Я спать нормально без вас не могу.

Милана от этой информации опешила.

– А почему ты раньше не говорил?

– Потому что как только я у тебя появлялся, ты сразу на меня шипела, гнала вон, будто я прокаженный. Я скучаю по Пашке, по тебе… Очень! Мне хорошо, только когда вы рядом, понимаешь?

Нет, она решительно ничего из его рассказа не понимала.

– Баграт, – проговорила она, силясь уместить новую информацию в голове: – я еще могу поверить, что ты скучаешь по Пашке, но я–то при чем? Как ты можешь по мне скучать, ты же меня терпеть не можешь!

– С чего ты это взяла? – воскликнул он с недоуменным видом.

– Да хотя бы с того, что ты все время на меня орешь! – зафырчала она. – Если тебе чего от меня и надо, так только секса! Или скажешь, нет?

– Секс мне нужен, да, – тут же согласился он. – Но ты слепая, если не замечаешь моих стараний. Я ни за кем так не ухаживал, как за тобой. Ты что правда не видишь моих чувств?

– Каких чувств? – захлопала ресницами она.

– Сильных!

«Обалдеть пояснил!» – еще больше разозлилась она.

– И в чем они выражаются? – продолжала расспросы Милана. – В том, что ты бегаешь по всяким там надушенным девицам?

Баграт возвел руки к потолку, громко воскликнул:

– Господи, дай мне сил…

Пару раз глубоко вздохнул, а потом обратился к Милане:

– Я ни с кем не спал с тех пор, как ты призналась мне, что Пашка – мой сын.

Милана строго на него посмотрела, уперла руки в боки и сказала:"

"– Обалдеть какое достижение! Не спать ни с кем две с половиной недели, да тебя в книгу рекордов Гиннесса пора записать.

– Да, пора! – кивнул он с совершенно серьезным видом.

– Ты не способен чувствовать, Баграт! – продолжила она свои нападки. – Я это поняла еще полтора года назад, когда забеременела от тебя. Это был такой ужасный период моей жизни, а ты даже не откликнулся на звонок. Я так ждала, надеялась, а ты…

– Ты знаешь, сколько раз я пожалел, что тогда не послушал тебя, не перезвонил?! – вдруг пробасил он.

Милана застыла, услышав это признание, смотрела на Баграта и не знала, чему верить.

Он все продолжал говорит:

– Если бы я тогда знал, зачем ты звонишь… Если бы я хоть предположил подобное, я бы той же ночью к тебе приехал! Я бы был с тобой все это время! Ты знаешь, как я жалею, что проигнорировал тот твой звонок? Очень–очень сильно жалею. Я тогда сына своего прошляпил, тебя прошляпил! Я это не сразу понял, но дошло, наконец.

Этими словами он попал Милане точно в сердце.