Народы моря

Начинают кричать и египетские воины рядом с нами. В них прилетает со стороны союзников. Египтяне действуют решительнее: похватав щиты и хопеши, бегут в ту сторону, откуда летят стрелы и камни, чтобы наказать виновников. Я отправляю несколько стрел им в спины, опустошив второй колчан, и наблюдаю, как начинается ночная бойня всех против всех. И египтяне, и их союзники орут, что напали люди моря, и истребляют друг друга.

— Уходим, — тихо приказываю я.

Мои воины, расстрелявшие стрелы и камни, подтягиваются ко мне, и плотной группой мы поднимаемся выше по склону, к обозу, возле которого поворачиваем налево.

Обозники проснулись. Они стоят между арбами и прислушиваются к звукам ночного боя.

— Что там случилось? — спрашивает один из них очень тихо, словно боится, что громким голосом накличет беду.

— Напали народа моря, — громко отвечаю я. — Пора убегать.

Обозники, глядя, как мы растворяемся в темноте, начинают бурно обсуждать эту новость. Уверен, что кое-кто сделает разумный вывод из услышанного. По крайней мере, я успел услышать, как кто-то кому-то говорил, что надо снять путы с мулов.

На мулах удобнее удирать по горам.

Глава 98"

"Обычно египтяне начинают сражение рано утром, чтобы к полдню, к жаре, закончить. Знатные люди привыкли в это время занимать место за обеденным столом в тени, а потом отдыхать. На этот раз изменили своей привычке. Может быть, ждали, когда солнце переместится по небу и перестанет слепить им в глаза, потому что мы располагались восточнее, а может, что скорее, зализывали раны после ночного переполоха.

Мы ночью благополучно и без спешки вернулись в свой лагерь, а египтяне еще с час воевали со своими союзниками. Сколько было убитых и раненых, узнаем позже, но урон они с нашей помощью нанесли себе явно немалый. В основном пострадали простые воины, потому что знатные ночевали в центре лагеря, вдали от стычки. Строиться египтяне начали только часа через два после восхода солнца. Впереди колесницы. За ними лучники и пращники. В третьей линии копейщики, причем в центре стояли египтяне, а на флангах — союзники.

Под рев труб и бой барабанов все это воинство двинулось в нашу сторону. Издали оно выглядело грозным. Особенно колесницы, которые быстро набрали скорость и со свистом, гиканьем, криками понеслись на нас. Светлые лошади казались пенной волной, катящейся по полю. Эдакое «кавалерийское цунами». Красиво ехали, заглядеться можно. Пока не добрались до ям-ловушек. Зрелище сразу стало еще интереснее и уже совсем не грозным, а смешным.