Надувная женщина для Казановы

Николетта набрала было полную грудь воздуха, но тут у нее перехватила инициативу Кока:

– Любезнейшая, – протянула она, тыча в нос Зине пальчиком, на котором сверкал камень размером с голубиное яйцо, – где тут доктор?

– Сюда, пожалуйста, – профессионально любезно ответила девушка, – налево.

– Благодарю, милейшая, – кивнула Кока, и они с Николеттой двинулись в указанном направлении.

На пороге кабинета маменька обернулась и ехидно сказала:

– ВАНЯ! Не смей никуда уходить, жди нас здесь!

Я свалился на диван.

– Ты меня обманул! – воскликнула Зина.

– Что вы имеете в виду? – машинально спросил я.

– Говорил, что не женат!

– Это правда, в моем паспорте нет штампа!

– Может, оно и так! – взвилась Зина. – Тогда кем тебе приходится эта старая крашеная кошка?

Я хотел было возмутиться, но тут в лазню ворвалась очередная порция жаждущих немедленного исцеления, и Зина приступила к исполнению своих профессиональных обязанностей.

Не успел один поток гомонящих людей схлынуть, как тут же возник другой, затем третий.

Глава 14

Дверь в кабинет врача распахнулась, заклятые подруги вылетели в коридор.

– Доктор прописал мне много процедур. Вот оксигенотерапия, акупунктурный, подводный массаж и ингаляция… Боже, я ужасно больна! Я и не подозревала об этом!

Я с сомнением поглядел на Коку. Интересно, сколько ей лет? Последние четыре десятилетия она уверяет, будто ей тридцать, но здравый смысл мешает мне поверить в это. Так что возраст престарелой красавицы – тайна за семью печатями, она не откроет ее даже после смерти.

– Мне тридцать пять.

Эскулап был в шоке. Он не собирался ухаживать за престарелой кокеткой. Сведения о возрасте пациентки нужны были ему для того, чтобы точно рассчитать дозу лекарства. Я же испытал настоящий шок в момент прощания с Викой.