Муж лучшей подруги

Артём проводит кончиком языка по моей нижней губе издавая глухой стон. Я ощущаю его каменное возбуждение упирающиеся мне в живот и стараюсь не думать о том, как он вообще во мне поместится, если дело зайдет дальше.

Мое белье, кажется, можно выжимать от влаги — я никогда не думала, что можно так сильно хотеть мужчину. Со мной не было подобного раньше, чтобы от возбуждения сносило голову, чтобы разум отключался, а здравый смысл махнув рукой терялся из виду.

Внезапно Артём прекращает истязать мой рот своими жаркими поцелуями и произносит мне прямо в губы:

— Давай договоримся на берегу, Лида, чтобы ты не придумала себе лишнего, — он смотрит мне в глаза и тяжело дышит от возбуждения.

Мне стоит огромных усилий прервать наш поцелуй, но то, что я слышу от него, словно бальзам на мою израненную душу.

— Не думай сейчас ни о чём, просто доверься мне. Я всё обязательно решу. Ладно? — Артём гладит мои волосы, убирает непослушные пряди с лица и касается кончиком носа моей щеки."

"От переполняющих меня эмоций несколько слезинок беззвучно катятся по моему лицу, делая наш очередной поцелуй с солоноватым привкусом.

Мне безумно хочется верить словам Артёма, но я чувствую, что всё будет не так просто и безоблачно, как он говорит. Его родители, которые свято верят в брак со Светловой. Сама Рита, которая никогда не простит мне предательства. Моя мама, которая считает, что я должна уступить лучшей подруге. Против нас слишком много, но отступать уже поздно. Я пыталась. Артём проник глубоко в моё сердце, не оставив ни единого шанса к отступлению.

— Хочу тебя, — произносит он, подхватывая меня под ягодицы и усаживая на твердую поверхность.

Озираясь по сторонам понимаю, что сижу прямо на кухонном гарнитуре — кажется кто-то не смог дотерпеть до спальни, либо просто не любит классику. О его предпочтениях мне ещё предстоит как следует узнать.

— И я безумно хочу тебя, — вдыхаю терпкий запах его парфюма и самостоятельно расстегиваю пуговицы на своей рубашке.

Такой откровенной я становлюсь только вместе с ним.

В глазах Артёма сверкает яркий огонёк, сигнализируя мне о том, что я всё делаю правильно.

— Полина точно спит? — переспрашивает Артём, вжимаясь в меня своей внушительной эрекцией.

Стоп-кран снимать слишком поздно — мы слишком изголодались друг по другу.

— Точно, — улыбаюсь я. — Первые два часа после того как она уснёт её невозможно разбудить.

Внизу живота горячо и влажно, когда глаза Артёма откровенно рассматривают моё тело — проходятся по груди, плоскому животу.